Алексей Митрофанов: чемпионство — одно из самых памятных событий

В карьере 26-летнего нападающего Алексея Митрофанова тюменский «Рубин» стал шестым клубом Высшей хоккейной лиги. В его активе 267 матчей в регулярных чемпионатах и плей-офф, 65 заброшенных шайб и шесть десятков результативных передач.

Интервью с форвардом началось с воспоминаний:

— У меня отец и брат занимались боксом. Получилось так, что секция по этому виду спорта базировалась в ледовом дворце «Химик». А путь в зал с рингом проходил мимо хоккейной площадки. Однажды мы шли с папой на тренировку к брату, остановились возле бортика. Отец увидел, что у меня глаза горят и спросил: «Ну что, нравится?». Я ответил, что очень. На следующий день меня записали на хоккей, так все и началось, — вспоминает Алексей.

— Воскресенск — кузница хоккеистов. Наверняка у вас много друзей среди коллег-земляков.

— Конечно, в основном всех ребят знаю. Даже тех, кто старше и младше меня. Встретишь на улице кого-нибудь, поздороваешься, пообщаешься. В одной тройке, сезона два-три, мы играли по юношам с Вадимом Щегольковым и Кириллом Смирновым. Потом нас забрали в команду МХЛ. Также общаюсь с ребятами, с кем играл в Молодежной лиге в составе «Химика». Это Дмитрий Мухин, Илья Карлин, Александр Родионов, Эльдар Валеев, Артем Федоров и Алексей Маклюков. Они продолжают играть в хоккей, летом мы пересекаемся в Воскресенске. С некоторыми я даже живу в одном дворе.

— В юношеские годы выступали в финальных турнирах первенства России?

— С «Химиком» мы в финалы первенства страны не выходили. В основном это были московские команды, ярославский «Локомотив». Но однажды нашу пятерку взяли играть за подольский «Витязь», и мы стали чемпионами.

— Как вы попали в систему уфимского «Салавата Юлаева»?

— После школы я подписал контракт с молодежной командой «Химик» на два сезона. Сначала особо не доверяли, но на второй год стал много играть. По-моему, набрал пятьдесят пять очков, и появились варианты куда-нибудь уехать. Естественно, «Химик» меня не хотел отпускать. Была еще неопределенность, останутся или нет воскресенцы в МХЛ, но после 30 апреля я стал неограниченно свободным агентом. Мне говорили, что надо немного подождать, «Химик» будет в Высшей лиге играть, но позвонил агент и сообщил, что меня ждут в Уфе. В итоге я туда поехал, подписав контракт на два года. В Воскресенске же, к сожалению, в следующем сезоне не было команды ни в МХЛ, ни в ВХЛ. Поэтому правильно, что сделал такой шаг.

— В КХЛ вы играли немного...

— В Уфе я сначала играл за «Толпар» в Молодежной лиге. Перед следующим сезоном был «Кубок Мира», мы хорошо выступили на домашнем льду и после турнира меня и еще одного игрока оставили в Уфе. Тренировался с «Салаватом Юлаевым», давали надежду, что буду играть, но пробиться в состав оказалось тяжело. Меня то отправляли в фарм-клуб, нефтекамский «Торос», то обратно вызывали.

— Зато в «Торосе» в первый же сезон 2014-2015 годов вы сходу стали чемпионом Высшей лиги. Восприняли успех как должный?

— Это одно из самых из памятных событий в моей карьере. В том сезоне я провел сначала два матча в КХЛ за уфимский «Салават Юлаев». Один полноценный, а другой как тринадцатый нападающий. В итоге уехал в «Торос» и стал там получать игровую практику. Конечно, матчи в КХЛ также сильно запомнились, но в Нефтекамске судьба предоставила шанс, которым удалось воспользоваться.

— Когда выступали в других командах, «Рубин» являлся для вас особым соперником?

— Да, где бы я ни играл, «Рубин» везде воспринимали как клуб из когорты «ТОП» Высшей лиги. Все понимали, что у тюменцев хороший коллектив, сильный состав и в целом этот клуб с традициями.

— В 2018 году вы перешли в ханты-мансийскую «Югру», а часть прошлого сезона провели в составе красноярского «Сокола».

— В «Югре» сначала отыграл один сезон, все складывалось хорошо. Потом мне предложили двухлетний контракт. Но обновился тренерский штаб, доверия не стало и, соответственно, меня не устраивало, что я получаю мало игрового времени. Когда проявил интерес «Сокол», я не стал долго думать. В красноярском клубе мне доверяли и все опять пошло в гору.

— Красноярск — город масштабный и даже величественный.

— Да, город большой и очень хороший, но, к сожалению, экология там плохая. Мне предлагали остаться в «Соколе», но я решил не спешить. Ждал другие варианты и когда появился «Рубин», не долго думая, подписал контракт. Агент мне еще сказал, у тебя есть пара-тройка дней на раздумье, но я ему уже через час перезвонил и сообщил, что согласен.

— Получается, плохая экология для Красноярска реальная проблема?

— Да. Было такое, что возвращаемся с женой и дочкой с прогулки, а одежда пахнет углем, как будто ты у костра сидел. Но сам город, повторюсь, очень хороший. И арена отличная, и в целом условия классные. Был еще один момент — далековато от Воскресенска. Продолжительные перелеты выматывают. Я ведь до этого один сезон в китайском «Ценг Тоу» из Цзилиня отыграл, досыта наездился.

— За «Ценг Тоу» вы ведь играли вместе с капитаном «Рубина» Денисом Ячменевым?

— Да, причем я был в команде практически с самого начала. Первые два месяца пришлось изрядно помучиться, потому что были проблемы с формой и с организацией дела в хоккейном плане. Для китайцев это был неизвестный вид спорта, они просто-напросто не знали и не понимали, что необходимо для полноценной подготовки. Только в сентябре все стало приходить в норму. Кстати, в плане финансов проблем не было, зарплату платили в срок. А самом Цзилине, хотя по китайским меркам считается маленьким городом, проживают более четырех миллионов человек. Причем днем народу на улице много, а после шести вечера выходишь и... никого нет! Плюс постоянные перелеты. Мы подсчитали: до других городов на выездные матчи добирались минимум двадцать восемь часов. Если летели из Китая, то сначала на автобусе полтора часа, потом столько же на самолете, далее в аэропорту сидели часов пять-шесть, потом снова летели семь часов, затем в Москве сидели часа три-четыре, ожидая следующего самолета и так по кругу. Бывало, что по сорок часов в дороге проводили. Прилетали вечером, а на следующий день — игра. Можно сказать, год за три шел. Китайцы предлагали остаться, но желания не возникло. Хотя первый сезон в Высшей лиге для «Ценг Тоу» оказался самым успешным.

— Когда в «Рубине» с Ячменевым встретились, не по-китайски поздоровались?

— Еще ведь Евгений Соловьев с нами играл в «Ценг Тоу». Нет, поздоровались по-русски, но воспоминаниями поделились. Например, про китайскую еду, про те же переезды. Во-вторых, там мы жили без своих семей, что также непросто.

— Вашу дочку зовут Ульяна. А с женой где познакомились?

— Мы с Аней оба из Воскресенска. Познакомились мы незадолго до моего отъезда в Уфу. На второй год супруга переехала ко мне. Кстати, поженились мы после чемпионского сезона в «Торосе». Хороший этап был для меня во всех смыслах.

— Вы так подробно и логически выверено обо всем рассказываете. Наверное, много читаете?

— Практически не читаю. Люблю в компьютерную приставку поиграть, с женой и ребенком время провести.

— Каково ваше отношение к футболу?

— Мне он очень интересен. В него как раз на приставке в основном и играю, в хоккей намного реже. Летом в Воскресенске довольно часто собираемся с друзьями, чтобы поиграть в футбол. В детстве симпатизировал московскому «Локомотиву». У меня даже клубная майка была с фамилией «Сычев».

— Кто из тренеров оказал наибольшее влияние на ваше становление как спортсмена?

— Если говорить о спортивной школе, то это Игорь Николаевич Игнатьев и Дмитрий Петрович Тимофеев. На выпуске моим наставником был Александр Ризанурович Резепов. В МХЛ мне очень много доверял Венер Расихович Сафин. В «Югре» мне развязал руки Алексей Геннадьевич Ждахин, а в прошлом сезоне в «Соколе» Владислав Анатольевич Хромых. В «Рубине» контакт с тренерским штабом также хороший, надеюсь, так все и будет продолжаться, сезон у нас сложится, и мы поднимем Кубок.