Марат Аскаров: в некоторых аспектах ВХЛ сложнее КХЛ

Челябинец Марат Аскаров — специалист, которого прекрасно знают на просторах Всероссийской хоккейной лиги. Завершив игровую карьеру в 2013-м, некогда качественный защитник, выступавший за минское «Динамо», ЦСКА, «Мечел», «Трактор» и «Автомобилист», сразу же начал тренерскую и к 52 годам успел неплохо поработать в казахстанском «Арлане», пермском «Молоте», ангарском «Ермаке» и «Белых Медведях», где начинал в роли ассистента Алексея Заварухина.

Прошлой весной Аскаров вместе с челябинской молодежкой выиграл бронзовые медали чемпионата МХЛ, а затем получил повышение и возглавил фарм-клуб «Трактора» «Челмет», вернувшись в ВХЛ спустя шесть лет.

В большом интервью «СЭ» он рассказал, почему считает ВХЛ сложной лигой, как изменилась «вышка» с 2010-х годов, кто задает игровые тренды в лиге и многое другое.

— Для вас «Челмет» — это не первый опыт работы в ВХЛ. Насколько лига изменилась с 2014 года, когда вы возглавляли «Ермак»? Со стороны кажется, что сейчас и тогда — небо и земля.

— На самом деле да. Если взять 2013-2014 годы и нынешнее время, то это абсолютно разные лиги. Все поменялось: инфраструктура, переезды, перелеты. Разумеется, в лучшую сторону.

Конечно, раньше у нас некоторые команды добирались на выезд по 25-30 часов на автобусах. Сейчас логистика сделана так, что более-менее удобно. Лига выстраивает календарь так, чтобы было удобно переезжать из одного города в другой.

Сейчас все находятся в одинаковых условиях, и нам не приходится акцентировать внимание на этих переездах. Действительно, лига поменялась очень сильно. Самое главное, что она стала моложе.

— Она стала моложе, в том числе благодаря искусственным мерам. Уже несколько сезонов действует лимит на возрастных игроков. Как вы его воспринимаете?

— Мое мнение: команде необходимы мастера и взрослые мужики, потому что они должны за собой тащить, как локомотив, подавать пример молодым ребятам. Это обязательно.

Конечно, хочется, чтобы было больше опытных игроков. На данный момент у нас есть несколько взрослых хоккеистов, и это уже хорошо. При этом молодым тоже открыты все двери. Благодаря лимиту у них стало больше шансов получить место в составе, заявить о себе и пробиться выше, в команду КХЛ.

— В «Челмете» количество ветеранов оптимальное? Не так давно к вам вернулся достаточно знаковый для системы защитник Константин Климонтов.

— Помимо Кости, у нас еще есть Илья Зиновьев и Владислав Сухачев. Да, три человека на прямой фарм-клуб оптимально. В основном у нас собраны ребята, которым от 17 лет до 21 года. Это наш костяк на сегодняшний день.

С одной стороны, хорошо, что у нас молодая и амбициозная команда. При этом она собрана не искусственно. Это действительно молодые ребята, кто на сегодняшний день может спокойно конкурировать в ВХЛ, развиваться и расти дальше.

— Не кажется, что сейчас многие недооценивают уровень ВХЛ?

— Соглашусь, такое есть. Но вышка в некоторых аспектах даже сложнее, чем КХЛ. Например, здесь очень много игр, которые действительно интереснее некоторых матчей в КХЛ. Если возвращаться к вопросу, то здесь реально много хоккеистов, которые недооценены.

— Некоторые хоккеисты, которые долго играли в КХЛ, говорят, что когда попадают в ВХЛ, то им в некотором роде приходится даже сложнее. Со стороны кажется, что такие хоккеисты оказываются не готовы к тому, что в вышке люди по-настоящему грызутся, и думают, что здесь можно набирать очки на прямых ногах.

— Да, соглашусь. Возможно, в вышке играть даже сложнее, чем в КХЛ. Это лично мое мнение. В любом случае в КХЛ мастера. Но там регулярка состоит из 68 матчей, и некоторые из них, исходя из задач, проводятся в режиме энергосбережения.

В ВХЛ совершенно наоборот. Каждый матч здесь все играют только на победу. Любая команда может обыграть любую. Это очень ровная и конкурентная лига. Достаточно посмотреть на плотность в турнирной таблице. И каждый матч интересен. Ребята рубятся, стараются. Поэтому здесь и спортсменам из КХЛ, кто сюда попадает, чуть сложнее. Напрягаться приходится намного больше. Это парадокс, но это так. В то же время тем, кто проходит эту школу, отыграв здесь два-три сезона, и попадает в КХЛ, уже легче там играть.

— В ВХЛ по-прежнему нет разделения на конференции и дивизионы. Назрела ли необходимость в них или вам пока удобнее играть два круга, каждый с каждым?

— Мне удобнее встречаться каждый с каждым, по одному матчу дома и на выезде. Если мы будем делить команды на конференции и больше играть с «восточными» командами, то большой пользы от этого не будет. Мы и так всю жизнь с ними варимся, начиная со школы. Считаю, что нынешняя структура чемпионата оптимальна. Тем более что логистически при ней все находятся в равных условиях.

— Несколько лет назад считалось, что игровые тренды в вышке задают Андрей Козырев и Игорь Гришин. На кого сейчас стараются равняться?

— Мне понравился «Химик», который возглавляет Егор Башкатов. То же питерское «Динамо», в котором работает Гришин. Питер проповедует быстрый, активный хоккей, делает ставку на атаку. Мы тоже хотим действовать в подобной манере. Однако у «Динамо» есть не только желание так играть, но и классный набор исполнителей, поэтому им немного проще в этом моменте.

Скажу так: не столь важно, как играет команда — от обороны или от атаки. Мне просто хочется, чтобы ребята из «Челмета» в конце сезона выросли и как спортсмены, и как личности. Разумеется, про оборону тоже нельзя забывать. Но, на мой взгляд, развитие хоккеиста идет в первую очередь от игры в атаке.

Мы ведь выходим на лед для болельщиков. Я бы не хотел, чтобы, приходя на наши матчи, люди видели какую-то унылую картинку, где мы будем действовать от обороны и осторожничать, лишь бы не пропустить. Мы так не будем играть. Болельщики должны получать удовольствие от того, что происходит на льду. Должны быть постоянные скорости, игра «вперед-назад».

— В тех же Омске и Уфе болельщик отторгает оборонительный хоккей. Челябинский болельщик, который вырос на хоккее Белоусова, тоже?

— Да, закрытый хоккей здесь никто не хочет видеть. Я просто уверен на сто процентов, что люди приходят на хоккей не для того, чтобы увидеть какие-то невероятные тактические схемы. Все хотят видеть быструю игру, много бросков, много силовых приемов, много голов. Мы стараемся поддерживать этот тренд.

— Как-то Андрей Назаров произнес фразу на диктофон в раздевалке, что не знает, «как выбивать эту высшую лигу из хоккеистов». Понимаете ли вы, что он тогда имел в виду?

— Думаю, да. Смотрите, на сегодняшний день мы сыграли больше 30 матчей. И почти каждая игра была на грани — в них напрягались и мы, и соперники. Не было ни одного проходного матча — это сто процентов.

Что-то выбивать из ребят... Тут же можно это по-другому перефразировать, наверное. Скорее всего, Назаров имел в виду, что у большинства ребят из вышки гораздо меньше мастерства, чем у парней из КХЛ. Банально не каждый сможет выполнить такой вроде бы простой элемент, как подкидка, отдать изящный пас.

Однако все, что касается напряженности, характера, проявления всех качеств хоккейных, в ВХЛ присутствует. Убежден, эту школу многим нужно пройти, чтобы стать сильнее.

— Вы десять лет назад работали главным в «Ермаке». Многие, кто приезжают в Ангарск, до сих пор называют его городом из 90-х. Какие у вас остались воспоминания о том времени?

— Да, можно и так сказать. У меня остались достаточно теплые воспоминания об Ангарске. В общей сложности проработал там три сезона. Удалось показать там лучший результат за всю клубную историю, когда мы дважды занимали пятое-шестое место в регулярке и прошли два круга плей-офф.

Тогда была реально хорошая команда, в которой мне было приятно работать. Хотя атмосфера в городе действительно была словно там 90-е. Ничего страшного, многие прошли через это время. Поэтому проблем с этим не было. Из того периода мне запомнилось только хорошее об Ангарске.

Моей единственной задачей было тренировать команду. В какие-то околохоккейные дела я точно не лез. Да, было нелегко, это точно. Тем не менее и в таких условиях как-то выживали, как-то двигались и показывали довольно хороший хоккей.

— При вас ведь дебютировал в профессиональном хоккее Дмитрий Воронков.

— Да, Воронков дебютировал при мне. Я увидел его в команде U18 и взял на летние сборы. В итоге он провел в основной команде почти весь сезон. Мы немало давали играть ему, несмотря на то, что ему было всего 17-18 лет.

Уже тогда было видно, что у парня большой потенциал. Надо было просто поработать с ним, что мы и делали. С Димой достаточно много занимался мой помощник Сергей Соломатов. При первой же возможности наши друзья из системы «Ак Барса» обратили на него внимание. Мы дали по Дмитрию положительные рекомендации, и парень поехал дальше за развитием в Казань.

Когда он в 17 лет пришел к нам, то было ощущение, что он уже мужик — высокий, сильный парень. При этом самым его главным качеством можно назвать характер. Он всегда им очень ярко выделялся. Все понимали, что при должном отношении к делу и правильных тренировках он вырастет в большого хоккеиста. Я только рад, что у него все получилось, и мы приложили руку к его воспитанию.

— Впервые вы начали работать тренером в чемпионате Казахстана. Неместному там очень тяжело работать?

— Мне повезло, что сразу после завершения карьеры в «Арлане», когда мне исполнился 41 год, руководство клуба предложило мне стать тренером. Получается, с того момента, как я начал заниматься хоккеем в 7 лет, у меня вообще не было простоя. В тот год в команду как раз был приглашен словацкий специалист Владимир Клинга. Соответственно, мне предложили роль его помощника. Я достаточно быстро дал свое согласие и проработал вместе с ним два года.

Это были два плодотворных сезона. На тот момент у нас процентов, наверное, сорок команды составляли иностранцы — были чехи, словаки, канадцы, финны. При этом в лиге был лимит, и казахстанским хоккеистам тоже нужно было давать играть. Тогда, наоборот, большинство руководителей считали, что нужно приглашать специалистов из Европы и России.

Буквально лет через пять-шесть после того, как мы там отработали, пошла другая волна и начали говорить, что больше должны работать свои, казахстанские хоккеисты. К счастью, на нас не было такого давления, и мы достаточно успешно трудились в «Арлане».

— Вы начинали игровую карьеру в Белоруссии. У вас есть ощущение, что сейчас белорусская школа принципиально шагнула вверх?

— В Белоруссии последние годы идет невероятное развитие. Там появилось много новых школ в каждом городе. Стал сильнее и качественнее свой чемпионат. Отсюда и результат. Ну и, конечно, там очень выросла инфраструктура: дворцы, базы, тренажерные залы, бросковые зоны.

— Вы сразу начали тренерскую карьеру с команды профессионалов. Когда начали работать ассистентом в «Белых Медведях», ощутили, что вам не хватает опыта коммуникации с молодежью и понимания их психологии?

— Можно и так сказать. В первое время в общении с молодыми ребятами было действительно сложно, где-то чувствовал себя не в своей тарелке. Но у меня с коммуникацией всегда все было в порядке. Буквально через два-три месяца я прекрасно понимал, что требуется от меня и что нужно ребятам. Здесь проблем не было. Перестроился достаточно быстро. Думаю, те пять сезонов, которые провел в МХЛ, дали свои положительные плоды.

— Вам удалось застать Максима Шабанова в молодежке. Почему у него несколько затянулась дорога в КХЛ?

— Всегда было прекрасно видно, что парень талантливый. Все понимали это буквально с первых смен. Максим вырос на моих глазах. Почему у него затянулась дорога в «Трактор»? По разным причинам. Тут можно вспомнить, что на тот момент в «Тракторе» был ломовой состав, в который тяжело было пробиться молодому игроку.

Сейчас об этом говорить уже нет смысла. Теперь Шабанов — сложившийся хоккеист и один из лидеров команды. Все это прекрасно видят. Фанаты его любят. Парень играет в классный хоккей, и мы все этому рады.

— Что сейчас происходит с Александром Рыковым — другим большим талантом? Не так давно он заканчивал одну из поездок тринадцатым нападающим.

— У нас Сашей есть хороший диалог. Постоянно общаемся с ним и обсуждаем какие-то проблемы. Мы прекрасно знаем его возможности, что он может делать на поле: создавать моменты, бросать, забивать голы. Этого у него не отнять. Но сейчас ему нужно доставать из себя и другие качества. Уверен, что мы можем помочь ему в этом. При этом в его игре точно видны улучшения.

— От одного из скаутов клуба НХЛ слышал мнение, что нынешняя молодежь просит слишком много авансов и шансов.

— Соглашусь, часто вижу такие примеры. Но это, конечно, полная глупость. Например, у меня есть молодой хоккеист. Он был лидером и по школе, и по юниорам, и в команде МХЛ. Однако это не означает, что он с ходу будет лидером на профессиональном уровне.

Не думаю, что нужно давать какие-то преференции ребятам. Все должно быть ясно и понятно через игры, через работу. Все должны видеть, что тот же Рыков действительно растет и у него есть желание становиться лучше. А все, что касается бонусов в дальнейшем, — это конечный итог. Если они будут работать, то у них появится и место в команде мастеров, и большие зарплаты, и бонусы. На сегодняшний день молодые ребята должны просто работать на будущее.

— Почему так тяжело дается переход в ВХЛ Никите Телегину, который перерос уровень МХЛ?

— Это один из тех моментов, про который я говорил в начале: играть в ВХЛ очень сложно, потому что здесь нужно постоянно рубиться и быть готовым к давлению.

Никите нужно как можно быстрее адаптироваться к этому уровню, если он хочет расти дальше. Он прекрасно знает это. Тем более что мы постоянно напоминаем ему о тех моментах, над которыми нужно работать. Все придет только через тренировки и матчи. Да, мы будем давать ему шансы. Но дальше все зависит только от него. То, что у него есть потенциал играть на высоком уровне — это бесспорно.

— Насколько готовы получить время в ВХЛ Матюшин и Колодий, которые здорово играют за «Белых Медведей»?

— На данный момент они лидеры молодежной команды. Я готов дать им игровое время. Однако здесь все упирается в календарь. Когда получится так, что «Челмет» и «Белые Медведи» будут одновременно находиться в Челябинске, мы обязательно дадим дома шансы Матюшину и Колодию. По крайней мере, они этого точно заслужили.

— Одна из главных историй, связанных с «Челметом» в этом сезоне, — это дебют в КХЛ лидера команды Сергея Другаля, который год отслужил в армии.

— Я давно знаю Сергея. Он тоже прошел через нашу молодежную команду и рос у меня на глазах. Его всегда выделяли характер, самоотдача, самопожертвование. Именно благодаря этим качествам у него получилось закрепиться в ВХЛ, сходить в армию, а после вернуться в профессиональный хоккей и получить шанс в КХЛ.

Я рад, что у нас есть такие ребята, что мы дали ему шанс. Не удивлен тому, что он вернулся в большой хоккей после армии. Свой шанс в «Тракторе» он получил абсолютно заслуженно.

— Оценили его приезд на один из домашних матчей в армейской форме?

— Да, конечно. Он молодец! Настоящий солдат, который всегда готов выполнить приказ командира.

— Есть ли у вас контакт с тренерским штабом «Трактора» и Бенуа Гру?

— Коммуникация есть. Раза два у нас были встречи. Он собирал весь тренерский штаб «Челмета». У нас есть стратегия первой команды, есть понимание, что Бен хотел бы видеть от нападающих и защитников. Также обсуждали тренировочный процесс. Проблем с этим нет абсолютно.

— Удается посещать тренировки «Трактора» и подмечать те нюансы, которые команде разжевывает Гру?

— Да, удается. Мне также скидывают видео тренировок, отсматриваю их. Отличия в тренировочном процессе есть, но они не огромные. У «Трактора» действительно делается акцент на детали: где находится клюшка, как нужно располагать ноги и коньки, где находится партнер, где находится вратарь. Это важные части игры, из которой и складывается результат.

Иван Богун для Спорт-Экспресс