Артем Седунов: хотели добиться большего в плей-офф
Большое интервью главного тренера «Зауралья» Артема Седунова по итогам завершившегося сезона.
— Могли ли зацепить серию с «Химиком» или то, что добрались до седьмого матча — это тот максимум, выше которого было не прыгнуть?
— Серию мы с тренерским штабом уже проанализировали. Ответ однозначный: не просто могли, должны были ее забирать. Ключевым стал матч № 5. Там мы имели все шансы победить и должны были делать это. В третьем периоде просто головы сопернику не давали поднять. Но реализация... Выходы 2 в 0 не забивали. А так привези мы в Курган на шестой матч серию при счете 3-2 в нашу пользу, уверен, дожали бы дома соперника и пошли бы дальше.
— На седьмой матч просто «бензина» не хватило у команды?
— «Бензина» хватило. Другое дело, что у соперника его оказалось больше. Мы оказались медленнее и ногами, и головой. Видимо, воскресенцам лучше удалось восстановиться после шестого матча. Они моложе, и это сказалось, нам было тяжело успевать. Отсюда и поражение. Но повторюсь, на мой взгляд, ключевым был матч № 5, должны были его цеплять...
— Кстати, по матчу № 5: почему не стали брать запрос в эпизоде со вторым голом «Химика»? Как показалось, Синягину там мешали...
— В тот момент не успели правильно оценить ситуацию, разобраться. Стресс огромный же. На решение есть буквально секунды. Думали взять запрос, но в итоге не взяли. Потом после игры, когда вдоль и поперек этот момент изучили, поняли, что основания взять «челлендж», все же были.
— С другой стороны, если брать в целом, по запросам тренерский штаб сработал отлично. Три гола «Химика» благодаря им не были засчитаны.
— Соглашусь. Я благодарен своим помощникам, которые у нас в штабе отвечают за это направление. Здорово сработали.
— Понятно, что соперника в плей-офф вы не выбирали. Но все-таки, молодой, с мощной атакой «Химик» — это худший вариант, который мог выпасть?
— Банально прозвучит, но не бывает в плей-офф простых соперников. У любой команды есть сильные и слабые стороны. Поэтому не могу сказать, лучший или худший. Просто очень сильный соперник нам достался. Но и другие не слабее.
— Во время плей-офф об этом не говорят. Но сейчас уже можно признаться, правда ли, что у вас многие играли с травмами, с которыми в регулярке не вышли бы на лед?
— Правда. Некоторые ребята выходили играть с серьезными повреждениями. Имен называть не буду, но это и нападающие, и защитники. Просто приведу примеры: выходили с переломом, с «порванным» плечом. Многие на уколах играли. Ваню Гавриленко прямо во время игры зашивали, и он возвращался и продолжал биться. В плей-офф по-другому не бывает. Можешь ходить, бегать — значит, выходишь и играешь. По самоотдаче, самопожертвованию у меня к парням вообще вопросов нет. Все бились, сражались, не думая ни о каких травмах. Себя не берегли. Все понимали, за спиной никого нет, возможностей для ротации минимум. А в ряде матчей ее вообще не было. Могу только спасибо парням сказать.
— К вопросу о ротации. Сильно спутал вам карты отзыв Климовича и Решетько обратно в «Сибирь» прямо перед плей-офф?
— Понятно, что мы на этих ребят рассчитывали. Они играли важную роль у нас. Фактически, мы оказались лишены возможности маневра. Плюс травмы пошли, дисквалификация Макса Веревкина. В какой-то момент у нас осталось с учетом голкиперов 18 здоровых человек. А с такой командой как «Химик» было очень важно иметь возможность вводить «свежую кровь», это добавило бы команде движения за счет свежести хоккеистов. С другой стороны те, кто был в строю еще больше сплотились и пахали, отдавались на 200% несмотря на все эти моменты.
— На один матч Климовича и Решетько возвращали. Они оказались в составе на игру № 3, но по ее ходу были усажены на лавку. Значит ли это, что вы ошиблись с этим решением?
— Не считаю это ошибкой. Ребята почти весь сезон были у нас в команде, знали требования, были мотивированы. К сожалению, у них не пошло. Факторов множество: перелеты, переезды, эмоции, потраченные в КХЛ. Так бывает. Возможно, чуть неправильно мы их индивидуально подготовили, чтобы они сильнее сыграли. В итоге уже по ходу игры приняли решение перестроиться, сделать ставку на других игроков. Но если в целом по сезону говорить, то Климович и Решетько большую пользу нам принесли. Вопросов к ребятам вообще нет. К делу подходили профессионально. И чисто по-человечески, я рад, что они смогли попасть в состав в КХЛ. А Климович вообще ярко проявил себя и в плей-офф в том числе. Парни заслужили, однозначно.
— Вылет в первом раунде, пусть и в семи матчах — это неудача?
— Для меня — да. Потенциально были способны на большее. Несмотря на силу соперника и прочие факторы.
— Для вас, именно как для главного тренера, ведь это был первый плей-офф ВХЛ. Раньше в нем участвовали только в качестве помощника. Потряхивало?
— Было-было, чего лукавить. Но в разумных пределах, и это нормально. Хоккей — это эмоции. И у главного тренера они тоже должны быть, но контролируемые и не влиять на правильность принимаемых решений. С этим, думаю, справился, как и мои помощники. Для Павла Сергеевича Воробьева, Игоря Олеговича Горбенко это ведь тоже первый плей-офф был как для тренеров. Только Виктор Николаевич Долгушин у нас в этом деле более опытный (улыбается — прим. авт.).
— У «Зауралья» плей-офф начался уже в регулярке фактически с Нового года. Играли практически без права на ошибку — в противном случае могли не попасть в ТОП-16. Как справлялись внутри команды с этим давлением?
— Во-первых, мы верили в себя. И это очень сильно помогло. А работали действительно в последние два месяца фактически на пределе. Чуть дали бы слабину, в плей-офф не попали бы. Физически и эмоционально проходить такие длинные отрезки очень тяжело. И опять же я благодарен команде, парни справились. «От ножа» выходили на каждую игру, пластались, понимая важность каждого заработанного балла. Может быть в седьмом матче нам вот этой толики потраченных ранее физических и эмоциональных сил как раз и не хватило.
— Какой момент стал ключевым в регулярке, когда поняли, что должны быть в плей-офф?
— Какой-то конкретный момент сразу так не приходит в голову. Да его и нет, наверное. В принципе, само отношение парней, их работа на тренировках, в матчах давали уверенность, что двигаемся в правильном направлении.
— Вы вместе со своим тренерским штабом достаточно сильно видоизменили игру команды в атакующую сторону после того, как возглавили ее по ходу сезона. Почему был выбран именно такой вектор и насколько он оказался оправдан?
— Вектор выбирали, исходя из возможностей игроков, отталкивались от этого. Когда познакомились с командой, сделали анализ, посчитали, что именно игра в атаку принесет лучший результат, чем закрытый хоккей. Сейчас, вообще, многие команды стараются играть именно в атаку. В каждом матче старались работать первым номером, больше играть с шайбой. Понятно, что в отдельных матчах или на отрезках игр, были свои нюансы, когда нужно было и закрываться, сыграть по счету. Это все тактика. Но в целом философией было играть от атаки, забирать шайбу себе. Считаем, именно этот путь правильным, по которому нужно идти, чтобы добиваться результата.
— Вы возглавили команду уже по ходу сезона. Сейчас по прошествии времени можете оценить, насколько ожидания совпали с реальностью?
— Главному тренеру приходить в команду по ходу чемпионата всегда непросто. Приходится на ходу что-то менять в соответствии со своим видением, перестраивать. При этом от тебя сразу ждут результата, позитивных изменений. Я понимал, куда иду, с какими сложностями придется столкнуться. Осознавал, что в Кургане придется работать под давлением. Руководству, болельщикам да вообще всем здесь нужен результат. Важно было сразу найти контакт с командой, чтобы парни услышали, поверили. Непросто было, честно скажу.
— Насколько быстро хоккеисты поняли и приняли новые требования?
— Какое-то время на это потребовалось. Но по моим ощущениям, довольно быстро. Парни сразу включились, слышали требования, профессионально к ним относились, старались выполнять. Другой вопрос, что для реализации этого на льду нужно время. А в части именно того, о чем вы спросили, мы быстро нашли общий язык.
— Вы не сторонник разборов матчей, индивидуальных ошибок, указаний на те или иные недоработки «по горячим следам». Почему такой подход?
— Немного уточню. Я не сторонник критики игроков «по горячим следам» в раздевалке после игры. Разборы матчей и индивидуальных действий хоккеистов — это немного другая история, она всегда проводится позже. А вот «махать шашкой» после игр в раздевалке действительно считаю неправильным. Там много эмоций, особенно если проиграли. И в такой ситуации мозг игрока может быть не способен правильно воспринимать информацию. Сам был игроком и такое проходил. Тренер тоже на эмоциях. Выражаясь простым языком, можно наговорить лишнего, что на пользу делу не пойдет. Поэтому всегда предпочитаю все спокойно еще раз разобрать сам после матча ночью, и уже потом, например, на следующий день аргументированно указывать на ошибки, как индивидуально ребятам, так и на командных собраниях. Думаю, так эффективнее и пользы больше.
— Есть ли в команде игроки, от которых вы ожидали большего по сезону и, соответственно те, кто превзошел ваши ожидания в игровом плане?
— Есть и те, и другие, если говорим именно про игру. По самоотдаче, по работе на тренировках, повторюсь, вопросов нет ни к одному хоккеисту. Обойдемся без имен, но от некоторых ребят ожидали большей роли лидеров как на льду, так в раздевалке. Что они поведут, потащат за собой других, будут делать правильные действия в нужный момент. Но у кого-то это не получилось. После сезона индивидуально мы уже со всеми поговорили, эти моменты обозначили, обсудили причины. Если обобщить, то лидеров нам не хватило немножко как раз. В то же время от многих, чего мы ожидали, то они команде и дали. Свой уровень подтвердили.
— Нельзя обойти стороной историю с Камилем Шиафотдиновым. Расскажете, что случилось?
— Начну с того, что по ходу сезона считаю было неправильным как-то это комментировать. Мы боролись за плей-офф, потом там играли, и нужно было сосредоточиться на этом, не отвлекаясь на сторонние вещи. И все решения, которые мы принимали, были направлены именно на достижение стоящих перед нами задач и целей. Камиль — мастеровитый хоккеист с хорошими игровыми качествами. Хочу развеять гулявшие слухи: у нас с ним не было конфликта, с его стороны тоже не было каких-то нарушений режима. У меня личных претензий к Камилю нет, у него, я надеюсь, тоже. Но помимо мастерства мы должны учитывать очень много факторов, которые и повлияли на принятое решение пойти в заключительную часть сезона без Камиля. Наша философия такова, что игрок должен приносить максимальную пользу команде в самых разных отношениях, отдаваться на 100%, верить в выбранный путь. Мы вместе с руководством посчитали, что для команды, для достижения результата, для исключения определенных внутренних рисков в той непростой ситуации, в которой мы в тот момент находились, нужно принять то решение, которое в итоге и было принято. Решение, считаем, правильное, оно пошло на пользу команде.
— Еще один вопрос по персоналиям. Почему капитанская нашивка перешла от Глебова к Веревкину? А если учесть, что до этого она была у Гавриленко, то получается 3 капитана за сезон, что большая редкость.
— Будет правильно, если я скажу только за тот период, когда уже работал в команде. За это время произошла одна смена капитана. Мы сделали им Макса Веревкина вместо Гриши Глебова. Это было решение тренерского штаба. И принято оно было не столько для команды, сколько для конкретного игрока — как раз Гриши Глебова. Буква «К» на игроков по-разному влияет. На кого-то излишне давит. И вот, чтобы сбросить этот груз, мы и поменяли капитана. Потому что Глебов — очень важная часть команды, важный игрок. Весь сезон бился, сражался, выходил играть недолеченным. Ну и плюс определенную встряску команде это тоже дало. Хотя, когда в первом же матче Веревкина в роли капитана в Самаре шайба зашла в наши ворота рикошетом от его конька, я в тот момент...
— Поверили в «черную магию»?
— (улыбается). Ну хоть не магию... Но мы все на лавке в тот момент переглянулись: «что с этой буквой у нас не так?». Но потом все выровнялось. Макс — молодец, отлично справился с ролью капитана.
— Раз уж заговорили про Веревкина, Глебова, сюда же можно добавить и Комаристого. За счет чего, на ваш взгляд, им удается в 34-35 лет сохранять такой серьезный уровень?
— Они профессионалы. Даже, скажу больше, фанаты своего дела. Любят хоккей, правильно относятся к игре, к своему организму. Это важно. Секрет хоккейного долголетия и игры на высоком уровне всегда один — работа. Честная. Правильная.
— Главная проблема «Зауралья» в концовке регулярки и особенно в плей-офф — это игра в большинстве. Разобрались, почему не получалось? Что делали не так?
— Разбирались. Причин целый комплекс. С тренерского штаба, с себя, в частности, вины не снимаю. Если большинство не работало, значит не смогли подобрать правильные настройки. Постоянно были в поиске, пытались что-то подкрутить, но... Был еще и психологический момент. У парней не залетало в идеальных ситуациях. Разыгрывали все как надо, создавали чуть ли не на пустые ворота в большинстве, и... не забивали. В какой-то момент это стало давить на них. Были всплески в отдельных матчах. Но системно наладить реализацию большинства не удалось. И этот тот резерв, который мог нам сильно помочь, но остался неиспользованным. Проведя серьезный анализ после сезона, выводы, как выходить из таких ситуаций мы на будущее для себя уже сделали.
— Давайте поговорим по качеству игры линий вратарей, обороны и атаки. Как оцените каждую из них по пятибалльной шкале?
— Обойдусь опять же без публичных конкретных оценок. Так считаю правильным. Если выстроить градацию, то на третьем месте — вратарская линия, на втором — оборона, на первом — атака.
По вратарской линии: могли сыграть лучше. Говорят, что вратарь — это полкоманды. Я считаю, что даже больше. От вратарской линии многое зависит. По регулярному чемпионату и плей-офф хотелось и рассчитывали мы на большее. Но не получилось.
По обороне: игру там мы тоже по ходу чемпионата немного перестроили, стали перестраиваться по-другому, иначе действовать позиционно. Парни довольно быстро с этими новшествами справились. Были, повторюсь, травмы, дисквалификации. И нам не хватило глубины в этой линии, ротации. Могли и должны были сыграть лучше, но в целом оценю, как неплохо.
По линии атаки — не хватало стабильности. Были очень яркие всплески, но иногда проседали. Даже не в плане создания моментов, а с реализацией. Почти во всех матчах создавали моментов на 4-5 голов, а забивали иногда 1-2, которых для победы не хватало. Поэтому если оценивать с точки зрения созданных моментов — атака сработала неплохо. С реализацией дело хуже обстояло, но это уже вопрос индивидуального мастерства.
— Вы уже довольно самокритично назвали несколько ошибок, допущенных вами и тренерским штабом. Есть еще какие-то моменты по сезону, про которые сейчас понимаете: «можно было сделать по-другому»?
— Любой человек, любой тренер ошибается. Нет таких, кто без ошибок работает. И считаю правильным объективно смотреть на эти вещи. Без анализа, понимания не будет и устранения этих ошибок. Результат, будь он позитивный или негативный — это всегда общая работа тренеров, игроков, персонала, руководства. Но главная ответственность всегда лежит на тренерском штабе. Безусловно, в чем-то я и помощники могли сработать лучше. Есть частные моменты. Например, вот в плей-офф. Когда пропустили сразу после вбрасывания в седьмом матче. У нас там звено Тагирова на льду оказалось. После проанализировали досконально тот момент, пришли к выводу, что правильнее было другое звено выпустить. У любого тренера такие моменты есть. Важно делать глубокий и правильный анализ после каждой игры, тренировки. Только так растешь и прогрессируешь.
— Назовите лучший и худший матчи команды в сезоне именно по качеству игры?
— Худший — однозначно домашний с «Магниткой», который проиграли 1:2. Худший по всему: результату, качеству, содержанию игры. Причем и для соперника это был не лучший матч. Но нам он совсем не удался. А лучшей назову опять же домашнюю игру против АКМ в концовке регулярки. Особенно, если взять все в совокупности, что тот матч сопровождало. Уровень соперника, необходимость победы для попадания в плей-офф и нам и тулякам, важность, давление. По самоотдаче, выполнению установки, задания, по содержанию игра была одна из лучших. И, еще назову матч с одним из лидеров чемпионата «Динамо» в начале января. В большей степени там отмечу даже не содержание игры, а самоотдачу парней, атмосферу, важность матча. Заруба шла, как в плей-офф. Люблю такие матчи.
— А ХК «Норильск» в гостях, где выиграли 2:0?
— ХК «Норильск» в гостях — тоже. Соглашусь. Мы там мало, что сопернику позволили сделать. Забивать только надо было больше. Насоздавали-то сколько!
— Учитывая минимальные возможности ротации, как подводили команду к матчам в концовке регулярки и плей-офф. Что делали, чтобы сохранить достаточный уровень физической готовности и свежести?
— Секретов особых нет. Составили план и шли по нему, корректируя по необходимости. Старались не перегрузить на тренировках, где-то давали больше отдыха или более легкие занятия. Особенно защитников, которые практически без замен играли. А иногда и в три пары, соответственно игровое время получали по 20 с лишним минут за матч.
— Во многих матчах прямо по ходу делались перестановки в звеньях. Например, не раз в одно звено объединяли двух центральных Комаристого и Тютнева. С чем это связано?
— Реагировали на игровые ситуации. Например, ведем в одну-две шайбы, нужно более качественно сыграть на возврате в оборону. Переводили Пашу Тютнева в край к Саше Комаристому, понимая, что он лучше это сделает, чем профильный крайний. В какой-то ситуации, в перестроениях, во взаимодействии чуть лучше разберется, сыграет надежней в этом компоненте. Где-то переходили на игру в три звена. Кого-то по ходу матча садили на лавку. Но все это было направлено сугубо на пользу команде. И ребята правильно к этому относились. Молодцы.
— В завершение задам такой вопрос: хоть на минуту вы пожалели, что в середине сезона приняли предложение из Кургана?
— Не то, что на минуту, даже на секунду не пожалел. Осадок только от того, что вылетели уже в первом раунде плей-офф, настраивались на большее. Но значит на это наработали, и чтобы забираться выше, нужно работать еще больше. А вообще я в шоке в хорошем смысле от Кургана. От той атмосферы, которая здесь царит вокруг команды. Мне кажется, весь город живет только «Зауральем». Иду до Ледового от дома — болельщики подходят, желают удачи. Дворец всегда битком, болеют колоссально, шум невероятный, атмосфера просто огненная, гонят команду вперед в любой ситуации. Ну, правда, очень круто. Болеть здесь умеют, как нигде. И при этом все очень корректно, даже когда команда проигрывает. На встречу с командой после сезона так много людей пришло, я еще не сталкивался с таким. И опять же все позитивно, благодарили за сезон, несмотря на то, что мы не добились результата, которого ждали от нас. Огромное спасибо болельщикам за эту любовь к команде. Я сильно впечатлен!
— Могли ли зацепить серию с «Химиком» или то, что добрались до седьмого матча — это тот максимум, выше которого было не прыгнуть?
— Серию мы с тренерским штабом уже проанализировали. Ответ однозначный: не просто могли, должны были ее забирать. Ключевым стал матч № 5. Там мы имели все шансы победить и должны были делать это. В третьем периоде просто головы сопернику не давали поднять. Но реализация... Выходы 2 в 0 не забивали. А так привези мы в Курган на шестой матч серию при счете 3-2 в нашу пользу, уверен, дожали бы дома соперника и пошли бы дальше.
— На седьмой матч просто «бензина» не хватило у команды?
— «Бензина» хватило. Другое дело, что у соперника его оказалось больше. Мы оказались медленнее и ногами, и головой. Видимо, воскресенцам лучше удалось восстановиться после шестого матча. Они моложе, и это сказалось, нам было тяжело успевать. Отсюда и поражение. Но повторюсь, на мой взгляд, ключевым был матч № 5, должны были его цеплять...
— Кстати, по матчу № 5: почему не стали брать запрос в эпизоде со вторым голом «Химика»? Как показалось, Синягину там мешали...
— В тот момент не успели правильно оценить ситуацию, разобраться. Стресс огромный же. На решение есть буквально секунды. Думали взять запрос, но в итоге не взяли. Потом после игры, когда вдоль и поперек этот момент изучили, поняли, что основания взять «челлендж», все же были.
— С другой стороны, если брать в целом, по запросам тренерский штаб сработал отлично. Три гола «Химика» благодаря им не были засчитаны.
— Соглашусь. Я благодарен своим помощникам, которые у нас в штабе отвечают за это направление. Здорово сработали.
— Понятно, что соперника в плей-офф вы не выбирали. Но все-таки, молодой, с мощной атакой «Химик» — это худший вариант, который мог выпасть?
— Банально прозвучит, но не бывает в плей-офф простых соперников. У любой команды есть сильные и слабые стороны. Поэтому не могу сказать, лучший или худший. Просто очень сильный соперник нам достался. Но и другие не слабее.
— Во время плей-офф об этом не говорят. Но сейчас уже можно признаться, правда ли, что у вас многие играли с травмами, с которыми в регулярке не вышли бы на лед?
— Правда. Некоторые ребята выходили играть с серьезными повреждениями. Имен называть не буду, но это и нападающие, и защитники. Просто приведу примеры: выходили с переломом, с «порванным» плечом. Многие на уколах играли. Ваню Гавриленко прямо во время игры зашивали, и он возвращался и продолжал биться. В плей-офф по-другому не бывает. Можешь ходить, бегать — значит, выходишь и играешь. По самоотдаче, самопожертвованию у меня к парням вообще вопросов нет. Все бились, сражались, не думая ни о каких травмах. Себя не берегли. Все понимали, за спиной никого нет, возможностей для ротации минимум. А в ряде матчей ее вообще не было. Могу только спасибо парням сказать.
— К вопросу о ротации. Сильно спутал вам карты отзыв Климовича и Решетько обратно в «Сибирь» прямо перед плей-офф?
— Понятно, что мы на этих ребят рассчитывали. Они играли важную роль у нас. Фактически, мы оказались лишены возможности маневра. Плюс травмы пошли, дисквалификация Макса Веревкина. В какой-то момент у нас осталось с учетом голкиперов 18 здоровых человек. А с такой командой как «Химик» было очень важно иметь возможность вводить «свежую кровь», это добавило бы команде движения за счет свежести хоккеистов. С другой стороны те, кто был в строю еще больше сплотились и пахали, отдавались на 200% несмотря на все эти моменты.
— На один матч Климовича и Решетько возвращали. Они оказались в составе на игру № 3, но по ее ходу были усажены на лавку. Значит ли это, что вы ошиблись с этим решением?
— Не считаю это ошибкой. Ребята почти весь сезон были у нас в команде, знали требования, были мотивированы. К сожалению, у них не пошло. Факторов множество: перелеты, переезды, эмоции, потраченные в КХЛ. Так бывает. Возможно, чуть неправильно мы их индивидуально подготовили, чтобы они сильнее сыграли. В итоге уже по ходу игры приняли решение перестроиться, сделать ставку на других игроков. Но если в целом по сезону говорить, то Климович и Решетько большую пользу нам принесли. Вопросов к ребятам вообще нет. К делу подходили профессионально. И чисто по-человечески, я рад, что они смогли попасть в состав в КХЛ. А Климович вообще ярко проявил себя и в плей-офф в том числе. Парни заслужили, однозначно.
— Вылет в первом раунде, пусть и в семи матчах — это неудача?
— Для меня — да. Потенциально были способны на большее. Несмотря на силу соперника и прочие факторы.
— Для вас, именно как для главного тренера, ведь это был первый плей-офф ВХЛ. Раньше в нем участвовали только в качестве помощника. Потряхивало?
— Было-было, чего лукавить. Но в разумных пределах, и это нормально. Хоккей — это эмоции. И у главного тренера они тоже должны быть, но контролируемые и не влиять на правильность принимаемых решений. С этим, думаю, справился, как и мои помощники. Для Павла Сергеевича Воробьева, Игоря Олеговича Горбенко это ведь тоже первый плей-офф был как для тренеров. Только Виктор Николаевич Долгушин у нас в этом деле более опытный (улыбается — прим. авт.).
— У «Зауралья» плей-офф начался уже в регулярке фактически с Нового года. Играли практически без права на ошибку — в противном случае могли не попасть в ТОП-16. Как справлялись внутри команды с этим давлением?
— Во-первых, мы верили в себя. И это очень сильно помогло. А работали действительно в последние два месяца фактически на пределе. Чуть дали бы слабину, в плей-офф не попали бы. Физически и эмоционально проходить такие длинные отрезки очень тяжело. И опять же я благодарен команде, парни справились. «От ножа» выходили на каждую игру, пластались, понимая важность каждого заработанного балла. Может быть в седьмом матче нам вот этой толики потраченных ранее физических и эмоциональных сил как раз и не хватило.
— Какой момент стал ключевым в регулярке, когда поняли, что должны быть в плей-офф?
— Какой-то конкретный момент сразу так не приходит в голову. Да его и нет, наверное. В принципе, само отношение парней, их работа на тренировках, в матчах давали уверенность, что двигаемся в правильном направлении.
— Вы вместе со своим тренерским штабом достаточно сильно видоизменили игру команды в атакующую сторону после того, как возглавили ее по ходу сезона. Почему был выбран именно такой вектор и насколько он оказался оправдан?
— Вектор выбирали, исходя из возможностей игроков, отталкивались от этого. Когда познакомились с командой, сделали анализ, посчитали, что именно игра в атаку принесет лучший результат, чем закрытый хоккей. Сейчас, вообще, многие команды стараются играть именно в атаку. В каждом матче старались работать первым номером, больше играть с шайбой. Понятно, что в отдельных матчах или на отрезках игр, были свои нюансы, когда нужно было и закрываться, сыграть по счету. Это все тактика. Но в целом философией было играть от атаки, забирать шайбу себе. Считаем, именно этот путь правильным, по которому нужно идти, чтобы добиваться результата.
— Вы возглавили команду уже по ходу сезона. Сейчас по прошествии времени можете оценить, насколько ожидания совпали с реальностью?
— Главному тренеру приходить в команду по ходу чемпионата всегда непросто. Приходится на ходу что-то менять в соответствии со своим видением, перестраивать. При этом от тебя сразу ждут результата, позитивных изменений. Я понимал, куда иду, с какими сложностями придется столкнуться. Осознавал, что в Кургане придется работать под давлением. Руководству, болельщикам да вообще всем здесь нужен результат. Важно было сразу найти контакт с командой, чтобы парни услышали, поверили. Непросто было, честно скажу.
— Насколько быстро хоккеисты поняли и приняли новые требования?
— Какое-то время на это потребовалось. Но по моим ощущениям, довольно быстро. Парни сразу включились, слышали требования, профессионально к ним относились, старались выполнять. Другой вопрос, что для реализации этого на льду нужно время. А в части именно того, о чем вы спросили, мы быстро нашли общий язык.
— Вы не сторонник разборов матчей, индивидуальных ошибок, указаний на те или иные недоработки «по горячим следам». Почему такой подход?
— Немного уточню. Я не сторонник критики игроков «по горячим следам» в раздевалке после игры. Разборы матчей и индивидуальных действий хоккеистов — это немного другая история, она всегда проводится позже. А вот «махать шашкой» после игр в раздевалке действительно считаю неправильным. Там много эмоций, особенно если проиграли. И в такой ситуации мозг игрока может быть не способен правильно воспринимать информацию. Сам был игроком и такое проходил. Тренер тоже на эмоциях. Выражаясь простым языком, можно наговорить лишнего, что на пользу делу не пойдет. Поэтому всегда предпочитаю все спокойно еще раз разобрать сам после матча ночью, и уже потом, например, на следующий день аргументированно указывать на ошибки, как индивидуально ребятам, так и на командных собраниях. Думаю, так эффективнее и пользы больше.
— Есть ли в команде игроки, от которых вы ожидали большего по сезону и, соответственно те, кто превзошел ваши ожидания в игровом плане?
— Есть и те, и другие, если говорим именно про игру. По самоотдаче, по работе на тренировках, повторюсь, вопросов нет ни к одному хоккеисту. Обойдемся без имен, но от некоторых ребят ожидали большей роли лидеров как на льду, так в раздевалке. Что они поведут, потащат за собой других, будут делать правильные действия в нужный момент. Но у кого-то это не получилось. После сезона индивидуально мы уже со всеми поговорили, эти моменты обозначили, обсудили причины. Если обобщить, то лидеров нам не хватило немножко как раз. В то же время от многих, чего мы ожидали, то они команде и дали. Свой уровень подтвердили.
— Нельзя обойти стороной историю с Камилем Шиафотдиновым. Расскажете, что случилось?
— Начну с того, что по ходу сезона считаю было неправильным как-то это комментировать. Мы боролись за плей-офф, потом там играли, и нужно было сосредоточиться на этом, не отвлекаясь на сторонние вещи. И все решения, которые мы принимали, были направлены именно на достижение стоящих перед нами задач и целей. Камиль — мастеровитый хоккеист с хорошими игровыми качествами. Хочу развеять гулявшие слухи: у нас с ним не было конфликта, с его стороны тоже не было каких-то нарушений режима. У меня личных претензий к Камилю нет, у него, я надеюсь, тоже. Но помимо мастерства мы должны учитывать очень много факторов, которые и повлияли на принятое решение пойти в заключительную часть сезона без Камиля. Наша философия такова, что игрок должен приносить максимальную пользу команде в самых разных отношениях, отдаваться на 100%, верить в выбранный путь. Мы вместе с руководством посчитали, что для команды, для достижения результата, для исключения определенных внутренних рисков в той непростой ситуации, в которой мы в тот момент находились, нужно принять то решение, которое в итоге и было принято. Решение, считаем, правильное, оно пошло на пользу команде.
— Еще один вопрос по персоналиям. Почему капитанская нашивка перешла от Глебова к Веревкину? А если учесть, что до этого она была у Гавриленко, то получается 3 капитана за сезон, что большая редкость.
— Будет правильно, если я скажу только за тот период, когда уже работал в команде. За это время произошла одна смена капитана. Мы сделали им Макса Веревкина вместо Гриши Глебова. Это было решение тренерского штаба. И принято оно было не столько для команды, сколько для конкретного игрока — как раз Гриши Глебова. Буква «К» на игроков по-разному влияет. На кого-то излишне давит. И вот, чтобы сбросить этот груз, мы и поменяли капитана. Потому что Глебов — очень важная часть команды, важный игрок. Весь сезон бился, сражался, выходил играть недолеченным. Ну и плюс определенную встряску команде это тоже дало. Хотя, когда в первом же матче Веревкина в роли капитана в Самаре шайба зашла в наши ворота рикошетом от его конька, я в тот момент...
— Поверили в «черную магию»?
— (улыбается). Ну хоть не магию... Но мы все на лавке в тот момент переглянулись: «что с этой буквой у нас не так?». Но потом все выровнялось. Макс — молодец, отлично справился с ролью капитана.
— Раз уж заговорили про Веревкина, Глебова, сюда же можно добавить и Комаристого. За счет чего, на ваш взгляд, им удается в 34-35 лет сохранять такой серьезный уровень?
— Они профессионалы. Даже, скажу больше, фанаты своего дела. Любят хоккей, правильно относятся к игре, к своему организму. Это важно. Секрет хоккейного долголетия и игры на высоком уровне всегда один — работа. Честная. Правильная.
— Главная проблема «Зауралья» в концовке регулярки и особенно в плей-офф — это игра в большинстве. Разобрались, почему не получалось? Что делали не так?
— Разбирались. Причин целый комплекс. С тренерского штаба, с себя, в частности, вины не снимаю. Если большинство не работало, значит не смогли подобрать правильные настройки. Постоянно были в поиске, пытались что-то подкрутить, но... Был еще и психологический момент. У парней не залетало в идеальных ситуациях. Разыгрывали все как надо, создавали чуть ли не на пустые ворота в большинстве, и... не забивали. В какой-то момент это стало давить на них. Были всплески в отдельных матчах. Но системно наладить реализацию большинства не удалось. И этот тот резерв, который мог нам сильно помочь, но остался неиспользованным. Проведя серьезный анализ после сезона, выводы, как выходить из таких ситуаций мы на будущее для себя уже сделали.
— Давайте поговорим по качеству игры линий вратарей, обороны и атаки. Как оцените каждую из них по пятибалльной шкале?
— Обойдусь опять же без публичных конкретных оценок. Так считаю правильным. Если выстроить градацию, то на третьем месте — вратарская линия, на втором — оборона, на первом — атака.
По вратарской линии: могли сыграть лучше. Говорят, что вратарь — это полкоманды. Я считаю, что даже больше. От вратарской линии многое зависит. По регулярному чемпионату и плей-офф хотелось и рассчитывали мы на большее. Но не получилось.
По обороне: игру там мы тоже по ходу чемпионата немного перестроили, стали перестраиваться по-другому, иначе действовать позиционно. Парни довольно быстро с этими новшествами справились. Были, повторюсь, травмы, дисквалификации. И нам не хватило глубины в этой линии, ротации. Могли и должны были сыграть лучше, но в целом оценю, как неплохо.
По линии атаки — не хватало стабильности. Были очень яркие всплески, но иногда проседали. Даже не в плане создания моментов, а с реализацией. Почти во всех матчах создавали моментов на 4-5 голов, а забивали иногда 1-2, которых для победы не хватало. Поэтому если оценивать с точки зрения созданных моментов — атака сработала неплохо. С реализацией дело хуже обстояло, но это уже вопрос индивидуального мастерства.
— Вы уже довольно самокритично назвали несколько ошибок, допущенных вами и тренерским штабом. Есть еще какие-то моменты по сезону, про которые сейчас понимаете: «можно было сделать по-другому»?
— Любой человек, любой тренер ошибается. Нет таких, кто без ошибок работает. И считаю правильным объективно смотреть на эти вещи. Без анализа, понимания не будет и устранения этих ошибок. Результат, будь он позитивный или негативный — это всегда общая работа тренеров, игроков, персонала, руководства. Но главная ответственность всегда лежит на тренерском штабе. Безусловно, в чем-то я и помощники могли сработать лучше. Есть частные моменты. Например, вот в плей-офф. Когда пропустили сразу после вбрасывания в седьмом матче. У нас там звено Тагирова на льду оказалось. После проанализировали досконально тот момент, пришли к выводу, что правильнее было другое звено выпустить. У любого тренера такие моменты есть. Важно делать глубокий и правильный анализ после каждой игры, тренировки. Только так растешь и прогрессируешь.
— Назовите лучший и худший матчи команды в сезоне именно по качеству игры?
— Худший — однозначно домашний с «Магниткой», который проиграли 1:2. Худший по всему: результату, качеству, содержанию игры. Причем и для соперника это был не лучший матч. Но нам он совсем не удался. А лучшей назову опять же домашнюю игру против АКМ в концовке регулярки. Особенно, если взять все в совокупности, что тот матч сопровождало. Уровень соперника, необходимость победы для попадания в плей-офф и нам и тулякам, важность, давление. По самоотдаче, выполнению установки, задания, по содержанию игра была одна из лучших. И, еще назову матч с одним из лидеров чемпионата «Динамо» в начале января. В большей степени там отмечу даже не содержание игры, а самоотдачу парней, атмосферу, важность матча. Заруба шла, как в плей-офф. Люблю такие матчи.
— А ХК «Норильск» в гостях, где выиграли 2:0?
— ХК «Норильск» в гостях — тоже. Соглашусь. Мы там мало, что сопернику позволили сделать. Забивать только надо было больше. Насоздавали-то сколько!
— Учитывая минимальные возможности ротации, как подводили команду к матчам в концовке регулярки и плей-офф. Что делали, чтобы сохранить достаточный уровень физической готовности и свежести?
— Секретов особых нет. Составили план и шли по нему, корректируя по необходимости. Старались не перегрузить на тренировках, где-то давали больше отдыха или более легкие занятия. Особенно защитников, которые практически без замен играли. А иногда и в три пары, соответственно игровое время получали по 20 с лишним минут за матч.
— Во многих матчах прямо по ходу делались перестановки в звеньях. Например, не раз в одно звено объединяли двух центральных Комаристого и Тютнева. С чем это связано?
— Реагировали на игровые ситуации. Например, ведем в одну-две шайбы, нужно более качественно сыграть на возврате в оборону. Переводили Пашу Тютнева в край к Саше Комаристому, понимая, что он лучше это сделает, чем профильный крайний. В какой-то ситуации, в перестроениях, во взаимодействии чуть лучше разберется, сыграет надежней в этом компоненте. Где-то переходили на игру в три звена. Кого-то по ходу матча садили на лавку. Но все это было направлено сугубо на пользу команде. И ребята правильно к этому относились. Молодцы.
— В завершение задам такой вопрос: хоть на минуту вы пожалели, что в середине сезона приняли предложение из Кургана?
— Не то, что на минуту, даже на секунду не пожалел. Осадок только от того, что вылетели уже в первом раунде плей-офф, настраивались на большее. Но значит на это наработали, и чтобы забираться выше, нужно работать еще больше. А вообще я в шоке в хорошем смысле от Кургана. От той атмосферы, которая здесь царит вокруг команды. Мне кажется, весь город живет только «Зауральем». Иду до Ледового от дома — болельщики подходят, желают удачи. Дворец всегда битком, болеют колоссально, шум невероятный, атмосфера просто огненная, гонят команду вперед в любой ситуации. Ну, правда, очень круто. Болеть здесь умеют, как нигде. И при этом все очень корректно, даже когда команда проигрывает. На встречу с командой после сезона так много людей пришло, я еще не сталкивался с таким. И опять же все позитивно, благодарили за сезон, несмотря на то, что мы не добились результата, которого ждали от нас. Огромное спасибо болельщикам за эту любовь к команде. Я сильно впечатлен!
Пресс-служба ХК «Зауралье»
