Георгий Гелашвили: для куража мне нужны эмоции

---

Кажется, совсем недавно Георгий Гелашвили играл в финале Кубка Гагарина, получал приз лучшему вратарю КХЛ и вызывался в сборную России. В последнее время его преследовали неудачи, но карагандинская «Сарыарка», выступающая в ВХЛ, дала голкиперу возможность перезагрузить свою карьеру. 

- Да, по второму кругу. Были всякие мысли… Но руководство «Сарыарки» - директор Аргын Нигматулин и главный тренер Вадим Епанчинцев - позвонило, мы поговорили. Я сказал, что мне нужно время на раздумье. Они отнеслись профессионально, не стали меня торопить. Дома я обсудил все с семьей, собрал вещи и сказал, что готов. Ребята организовали все в клубе на высшем уровне, отношение и условия лучше, чем в КХЛ. Мало где я такое встречал. Я не то, что сожалею, что приехал играть в ВХЛ, я счастлив, что выступаю за «Сарыарку». И получаю прилив положительных эмоций, которых мне давно не хватало. Это новый виток в жизни. И да, снова Караганда - это мой второй дом. Казахстан - страна, которая уже спасала мою карьеру, мою жизнь. Не было бы Караганды, я бы не играл в хоккей. 

- Да, получается, что стечение обстоятельств. Одно наложилось на другое. До последнего были разговоры, но я не хочу вдаваться в подробности. К сожалению, это произошло или к счастью… Время покажет. Я счастлив, что играю в Караганде. Меня все устраивает. 

- Не могу конкретно сказать. Агента у меня нет года два, свои разногласия. Я не знаю, что клубы смущает, им надо задавать этот вопрос. 

- Нет, я их и не ждал. Есть определенные нюансы, которые решают многое. Играю, получаю удовольствие, есть желание выиграть «Братину» с «Сарыаркой». 

- Это безумно хоккейный город! Всегда полная арена на 5500 зрителей. Болельщики поддерживают только на позитиве. При такой поддержке нельзя играть плохо. Атмосфера превосходит многие клубы КХЛ. В городе тебя все уже знают! Хоккей на высоком уровне тут еще со времен СССР, когда был «Автомобилист». Потом появился «Казахмыс», теперь - «Сарыарка», и все клубы всегда играли очень сильно. 

- Повторюсь, здесь максимальные условия созданы, мы на самолетах летаем. Уровень КХЛ! 

- Не знаю, но дай бог! Все условия созданы, новый ледовый дворец есть, аэропорт есть. Главное, что в городе реальный хоккейный бум. 

- С возрастом стараюсь держаться в рамках. Но, когда эмоций не хватает, у меня совсем другая игра - нет куража. Мне нужны эмоции. Дома, в Караганде, когда трибуны поддерживают, заряжаюсь ими. 

- Все нормально относятся. Игроки, тренеры сами просят кричать, что делать: «дальше», «сильнее», «здесь». Потому что невозможно играть молча. В КХЛ было четко распределено: когда год играешь вместе, кричать не нужно, только говорить. Надо провести 30–40 матчей, и появится сыгранность, взаимопонимание. Чтобы тебя услышал человек, много сил тратится, но потом оборона работает как часы, с полуслова понимает. Поначалу только сложно. 

- Я даже не видел, что это Макс был! Я потом подошел к нему и сказал, что не смотрел, кто это. Соперник давил, пошел на ворота - вот и подрались. Просто момент. Ничего личного не было, ни к кому негативно я не настроен. 

- Он меня увидел, заметил, пригласил в команду, дал дорогу в большой хоккей. Результаты были, но никто до него не обращал на меня внимания. Благодарен и тренерам в «Казахмысе», которые также поверили в меня. Геннадий Федорович, царствие ему небесное, - величайший тренер. И это не пустые слова лести ради. То, чему он меня научил, - на всю жизнь. В моем сердце Цыгуров навсегда. 

- Он был не строгий, а справедливый. Достаточно было одного его взгляда, чтобы ты все понял. Авторитет завоевывался не криком и не давлением. Было уважение к человеку, который работал с тобой, вкладывал свою душу. 

- Я не пророк. Я даже не знаю, что будет завтра. Знаю, что играю в «Сарыарке» и стоит максимальная задача выиграть «Братину». Надо сосредоточиться на этом сезоне, идти дальше, побеждать - для этого все условия созданы.