Павел Болсуновский: мой отец – лучший тренер вратарей в стране
< Назад
Вратарь «Молота-Прикамья» Павел Болсуновский о знаменитом отце, суевериях, Александре Гулявцеве, «коховских» щитках, перевернувших его жизнь, и том, почему ему становилось тошно от хоккея.
- Вратари – особая каста в хоккее. И вокруг них есть особое «реноме неприступности». Откуда взялся такой образ?
- С одной стороны, это миф, скорее всего. Да, на публике вратарь чаще всего замкнут. Так это потому, что на публике он бывает перед или после игры, когда отвлекаться на что либо – просто не желательно. Тут же чистой воды физиология – нагрузка вратаря состоит в том числе и из работы нервной системы. До игры – готовишься, стараешься сосредоточиться на матче. После игры – наваливается усталость, да такая, что иногда реагировать на что-то просто не хочется. А в жизни мы все разные. Я, например, вполне общительный
человек.
- Есть еще один миф: вратари крайне суеверны. Или это не миф?
- А вот это – точно не миф. Я очень суеверен. Особенно перед игрой. Начиная с того, как начнется утро, заканчивая тем, с какой ноги на лед выходить.
- Ваш отец Андрей Болсуновский – тоже вратарь, гремел на всю страну в 1990-е, становился чемпионом России, Евролиги… Теперь он еще и тренер голкиперов в красноярском «Соколе». Это он вас поставил в ворота? Может быть даже заставил стать голкипером?
- Совсем нет! Вообще, хоккей мне нравился всегда, хотя в ворота я особо и не стремился. В детстве я начал играть в качестве нападающего, и как мне говорили – играл хорошо, был в составе первого звена. В один прекрасный момент в моем родном городе Тольятти проходил международный турнир, в котором принимал участие и мой отец. Приехала команда Латвии, Финляндии – крупный был турнир. И как раз финская делегация привезла с собой магазин сувениров, хоккейного снаряжения и аксессуаров. Привезли они и форму – игровую и вратарскую. А на тот момент особо красивой формы было не достать, да и не было ее в продаже. Зашли мы с папой в этот магазин, я увидел вратарские «коховские» щитки (KOHO – один из брендов спортивного снаряжения для хоккея – Прим.авт.), и меня зацепило: «Пап, купи!» Он тогда, помнится, сильно удивился. Мол, вратарские же. Я ему и сказал: «Значит, стану вратарем!»
- После игры в нападении уйти в голкиперы, наверное сложно?
- Знаете, по крайней мере у меня не было проблемы катания, с которой сталкиваются тренеры и некоторые игроки. Ведь в детском хоккее как бывало, особенно раньше: плохо катаешься – вставай в ворота. У меня вышло наоборот: теперь я и за воротами могу поиграть, и не боюсь.jpg "Павел Болсуновский")
этого делать. Могу активно сыграть клюшкой, когда надо. Считаю, что все это «плюс», который вырос из самого детства.
- Кстати, может быть, как раз с этим связано то, что во время игры вы довольно легко выкатываетесь из площади ворот? Иногда это даже заставляет болельщиков напрягаться...
- Я бы еще, наверное, смелее выходил. Но мне особо не разрешают, - смеется Павел.
- В российском хоккее вратари и тренеры вратарей очень консервативны. Как вы – и как игрок, и как сын тренера – относитесь к новшествам в своей профессии?
- Отвечу так, как ответил бы и сын, и воспитанник: мой отец – лучший тренер вратарей в стране. Он погружен в хоккей, живет им. Да, часто бывают консервативные наставники, которые практикуют то, чему они научились в молодости и 10, и 30 лет назад. А мой отец – фанат своего дела. Он постоянно смотрит игры, постоянно общается с вратарями – тем же Семеном Варламовым. Выпытывает, как у них, что у них, что новенького? И он постоянно находится в творческом поиске и движении. И все хорошее, что находит, он преподает своим воспитанникам.
- А с площадки домой работа переносилась или в раздевалке хоккейное воспитание прекращалось?
- Нет, хоккейное воспитание у меня не прекращалось никогда! – вновь смеется Болсуновский. - Если честно, то в детстве бывали такие моменты, когда хотелось сбежать. Утром тренировка, потом школа, вечером снова на лед, а когда с отцом вечером ехали домой, то могли – уже в гараже – часами разговаривать о хоккее. Иногда становилось немножко тошно от этого, честно скажу: одно и тоже, по много раз проговаривалось и повторялось. А я же пацан, мне хочется погулять, с друзьями пообщаться! Это теперь я понимаю, что такое обучение, это очень хорошо. Вместе с этой нагрузкой я много получил. И еще:
я же вырос в криминальном городе (Тольятти – Прим.авт.), благодаря отцу и хоккею я многого именно «не совершил».
- Много нового привозят из НХЛ российские звезды хоккея и некоторые не стесняются и делятся не обкатанными на российских площадках знаниями на всевозможных тренингах. Как вы думаете, есть ли прок от таких звездных мастер-классов?
- Для мальчишек – это всегда классно и здорово, когда в школу приезжает настоящая звезда. К сожалению, звезда звезде рознь. Дело в том, что не у каждого хоккеиста есть предрасположенность к педагогике или тренерский талант. Бывает так, что приехавший с мастер-классом хоккеист раньше играл чуть хуже, но он умеет донести информацию. Например, с моей точки зрения, тренер вратарей обязательно должен быть бывшим вратарем, а не нападающим или защитником. Вратари же тяжелые люди, в своем большинстве – всегда на своей волне, в своем мире, иногда и «дурные» немножко. И если ты не варился в том же соку, то и подготовить голкипера – физически и психологически – тебе будет очень сложно. А вот как раз тренер вратарей, который сам бывший голкипер, научить игроков может очень многому. Опять же приведу в пример своего отца – в «Ладе» они выигрывали много матчей вместе с Петром Ильичом Воробьевым – тренер вратарей может показать, куда надо бросать, как и откуда бросать, как увидеть слабые стороны вратаря и воспользоваться ими.
- Вернемся в Пермь. Поработав с Александром Гулявцевым почти все игроки отмечают его особое отношение к людям и к команде в целом. Вы согласны с этим мнением?
- Да, согласен. Во-первых, это уважение. Он не ставит себя или кого либо еще выше. Все – равные, все – работают. Но – есть порядок. Ты, как и любой другой член команды, должен заниматься своим делом. Второй момент: Гулявцев никогда не «гнобит» игроков, не увидишь от него проявления самодурства. Еще удивляет многих, что Александр
Вячеславович никогда не оскорбляет игроков в своей речи. Да, он может в какие-то моменты повысить голос, даже рыкнуть на нас, вкрутить крепкое, но не матерное словцо. Но всегда – без оскорбительных фраз и интонаций. И, думаю, что не ошибусь, заявив: игроки, причем не важно – молодые или опытные, очень ценят в тренере именно такое отношение.
- У всех игроков бывают в сезоне пики и спады. Как вы оцениваете свое состояние сейчас?
- Уверен, что сейчас я на пике. Или очень близок к нему. Вот первый выезд для меня был неимоверно тяжелый. Плюс к этому серии из четырех игр. Много времени в дороге, смена часовых поясов, переезды-перелеты – восстановиться не успеваешь, привычки нет. Тогда было очень тяжело, постепенно привык. Да, у меня сейчас не очень много игрового времени. Но я человек, который привык ко всему двигаться маленькими шажками. Постепенно приду и к тому, что буду основным вратарем.
- Вратари – особая каста в хоккее. И вокруг них есть особое «реноме неприступности». Откуда взялся такой образ?
- С одной стороны, это миф, скорее всего. Да, на публике вратарь чаще всего замкнут. Так это потому, что на публике он бывает перед или после игры, когда отвлекаться на что либо – просто не желательно. Тут же чистой воды физиология – нагрузка вратаря состоит в том числе и из работы нервной системы. До игры – готовишься, стараешься сосредоточиться на матче. После игры – наваливается усталость, да такая, что иногда реагировать на что-то просто не хочется. А в жизни мы все разные. Я, например, вполне общительный
человек.
- Есть еще один миф: вратари крайне суеверны. Или это не миф?
- А вот это – точно не миф. Я очень суеверен. Особенно перед игрой. Начиная с того, как начнется утро, заканчивая тем, с какой ноги на лед выходить.
- Ваш отец Андрей Болсуновский – тоже вратарь, гремел на всю страну в 1990-е, становился чемпионом России, Евролиги… Теперь он еще и тренер голкиперов в красноярском «Соколе». Это он вас поставил в ворота? Может быть даже заставил стать голкипером?
- Совсем нет! Вообще, хоккей мне нравился всегда, хотя в ворота я особо и не стремился. В детстве я начал играть в качестве нападающего, и как мне говорили – играл хорошо, был в составе первого звена. В один прекрасный момент в моем родном городе Тольятти проходил международный турнир, в котором принимал участие и мой отец. Приехала команда Латвии, Финляндии – крупный был турнир. И как раз финская делегация привезла с собой магазин сувениров, хоккейного снаряжения и аксессуаров. Привезли они и форму – игровую и вратарскую. А на тот момент особо красивой формы было не достать, да и не было ее в продаже. Зашли мы с папой в этот магазин, я увидел вратарские «коховские» щитки (KOHO – один из брендов спортивного снаряжения для хоккея – Прим.авт.), и меня зацепило: «Пап, купи!» Он тогда, помнится, сильно удивился. Мол, вратарские же. Я ему и сказал: «Значит, стану вратарем!»
- После игры в нападении уйти в голкиперы, наверное сложно?
- Знаете, по крайней мере у меня не было проблемы катания, с которой сталкиваются тренеры и некоторые игроки. Ведь в детском хоккее как бывало, особенно раньше: плохо катаешься – вставай в ворота. У меня вышло наоборот: теперь я и за воротами могу поиграть, и не боюсь
этого делать. Могу активно сыграть клюшкой, когда надо. Считаю, что все это «плюс», который вырос из самого детства.
- Кстати, может быть, как раз с этим связано то, что во время игры вы довольно легко выкатываетесь из площади ворот? Иногда это даже заставляет болельщиков напрягаться...
- Я бы еще, наверное, смелее выходил. Но мне особо не разрешают, - смеется Павел.
- В российском хоккее вратари и тренеры вратарей очень консервативны. Как вы – и как игрок, и как сын тренера – относитесь к новшествам в своей профессии?
- Отвечу так, как ответил бы и сын, и воспитанник: мой отец – лучший тренер вратарей в стране. Он погружен в хоккей, живет им. Да, часто бывают консервативные наставники, которые практикуют то, чему они научились в молодости и 10, и 30 лет назад. А мой отец – фанат своего дела. Он постоянно смотрит игры, постоянно общается с вратарями – тем же Семеном Варламовым. Выпытывает, как у них, что у них, что новенького? И он постоянно находится в творческом поиске и движении. И все хорошее, что находит, он преподает своим воспитанникам.
- А с площадки домой работа переносилась или в раздевалке хоккейное воспитание прекращалось?
- Нет, хоккейное воспитание у меня не прекращалось никогда! – вновь смеется Болсуновский. - Если честно, то в детстве бывали такие моменты, когда хотелось сбежать. Утром тренировка, потом школа, вечером снова на лед, а когда с отцом вечером ехали домой, то могли – уже в гараже – часами разговаривать о хоккее. Иногда становилось немножко тошно от этого, честно скажу: одно и тоже, по много раз проговаривалось и повторялось. А я же пацан, мне хочется погулять, с друзьями пообщаться! Это теперь я понимаю, что такое обучение, это очень хорошо. Вместе с этой нагрузкой я много получил. И еще:
я же вырос в криминальном городе (Тольятти – Прим.авт.), благодаря отцу и хоккею я многого именно «не совершил».
- Много нового привозят из НХЛ российские звезды хоккея и некоторые не стесняются и делятся не обкатанными на российских площадках знаниями на всевозможных тренингах. Как вы думаете, есть ли прок от таких звездных мастер-классов?
- Для мальчишек – это всегда классно и здорово, когда в школу приезжает настоящая звезда. К сожалению, звезда звезде рознь. Дело в том, что не у каждого хоккеиста есть предрасположенность к педагогике или тренерский талант. Бывает так, что приехавший с мастер-классом хоккеист раньше играл чуть хуже, но он умеет донести информацию. Например, с моей точки зрения, тренер вратарей обязательно должен быть бывшим вратарем, а не нападающим или защитником. Вратари же тяжелые люди, в своем большинстве – всегда на своей волне, в своем мире, иногда и «дурные» немножко. И если ты не варился в том же соку, то и подготовить голкипера – физически и психологически – тебе будет очень сложно. А вот как раз тренер вратарей, который сам бывший голкипер, научить игроков может очень многому. Опять же приведу в пример своего отца – в «Ладе» они выигрывали много матчей вместе с Петром Ильичом Воробьевым – тренер вратарей может показать, куда надо бросать, как и откуда бросать, как увидеть слабые стороны вратаря и воспользоваться ими.
- Вернемся в Пермь. Поработав с Александром Гулявцевым почти все игроки отмечают его особое отношение к людям и к команде в целом. Вы согласны с этим мнением?
- Да, согласен. Во-первых, это уважение. Он не ставит себя или кого либо еще выше. Все – равные, все – работают. Но – есть порядок. Ты, как и любой другой член команды, должен заниматься своим делом. Второй момент: Гулявцев никогда не «гнобит» игроков, не увидишь от него проявления самодурства. Еще удивляет многих, что Александр
Вячеславович никогда не оскорбляет игроков в своей речи. Да, он может в какие-то моменты повысить голос, даже рыкнуть на нас, вкрутить крепкое, но не матерное словцо. Но всегда – без оскорбительных фраз и интонаций. И, думаю, что не ошибусь, заявив: игроки, причем не важно – молодые или опытные, очень ценят в тренере именно такое отношение.
- У всех игроков бывают в сезоне пики и спады. Как вы оцениваете свое состояние сейчас?
- Уверен, что сейчас я на пике. Или очень близок к нему. Вот первый выезд для меня был неимоверно тяжелый. Плюс к этому серии из четырех игр. Много времени в дороге, смена часовых поясов, переезды-перелеты – восстановиться не успеваешь, привычки нет. Тогда было очень тяжело, постепенно привык. Да, у меня сейчас не очень много игрового времени. Но я человек, который привык ко всему двигаться маленькими шажками. Постепенно приду и к тому, что буду основным вратарем.
Олег Коневских, «Звезда»
14:05 29/12/15
|
|
