Егор Пензин: зачем выходить в плей-офф, если не бороться за Кубок?
Этот разговор с Егором Пензиным из «Магнитки» состоялся после двух первых матчей против «Динамо СПб». Тогда счет в серии был 1:1, и магнитогорский клуб готовился тому, чтобы впервые на правах хозяев сыграть на Арене «Металлург».
— Егор, хотелось бы начать разговор о переезде «Магнитки» в Арену «Металлург». Какова важность этого фактора?
— Думаю, это важный фактор, потому что будет больше болельщиков: атмосфера другая, инфраструктура другая. Многие парни, что играют за «Магнитку», в свое время выступали за «Стальных Лисов». Для них это приятные воспоминания. И здесь все более современно по сравнению с детским ледовым дворцом. Но и там нам было классно играть. Там есть свои плюсы, фишки. Это наш ледовый полноценный. Например, некоторые команды не были готовы к маленьким трибунам. Там лед достаточно жесткий, качественный. Там плюсы, и здесь плюсы.
— «Магнитка» заняла гостевую раздевалку «Арены «Металлург». Уютная?
— Да, там все есть. Гостевые команды, которые приезжают сюда на матчи КХЛ, не жалуются на нее. Так-то в ней все есть. Так что, все хорошо.
— Давай поговорим о серии против новокузнецкого «Металлурга». Вели по ходу со счетом 3 — 0. Вы сами верили в то, что происходит?
— То, что мы ведем 3 — 0?
— Да. Для игроков «Магнитки» это было удивительно?
— Честно, скажу, что нет. Когда мы вышли в плей-офф, понимали, что можем добиться многого. И мы вообще в принципе поставили себе задачу — Кубок. И у нас сразу в команде разговоры об этом пошли, и от тренерского штаба разговор сразу был. Так что мы шли сразу за Кубком. Для меня лично в плей-офф вообще не имеет значения, какое место ты занимаешь, потому что, чтобы выиграть Кубок, надо обыграть любую команду. Все равно, если бы мы заняли первое место, то когда-нибудь мы встретились с любой другой позицией. Надо обыгрывать любую команду. Поэтому 3 — 0 для нас не было удивлением. Наоборот, это закономерность.
— Что помогло выиграть седьмую игру в Новокузнецке?
— Понимание того, что мы можем сейчас совершить ошибку. Ответственность была на седьмой игре, потому что мы проиграли подряд три матча, очень много было ошибок, мы их все разобрали. Очень сильно подготовились к седьмому матчу и психологически парни вышли отдать все за эту победу. Так что седьмая игра не была похожа ни на какую другую игру. Она была совершенно другая по всем параметрам: парни вышли только выиграть ее, не было другого настроя. Я считаю, мы провели ее отлично.
— В серии с Новокузнецком «Магнитка» выиграла три выездных матча при огромной аудитории болельщиков новокузнецкой команды. Как вы там себя ощущали, и что помогло выиграть три выездных матча?
— Как я понял, нам помогает хорошая атмосфера на трибунах. Когда болельщики гонят вперед команду хозяев, нам это помогает. Я лично вижу, что заряд у парней есть, это азарт. И, вы знаете, когда трибуны орут, болеют за соперника, на теле появляются мурашки, потом они перерастают в эмоции. От этого появляется азарт: хочется еще больше бежать вперед, создавать опасные моменты. Неважно, что болельщики гонят вперед команду соперника. Ты просто их призыв воспринимаешь на свой счет и также играешь с удовольствием и желанием.
— «Магнитка» потерпела в серии три поражения подряд. Наверняка, Евгений Полозов сказал что-то такое после шестой игры или перед седьмым матчем, что повлияло на вас как команду и зарядило вас всех на решающий матч.
— Да. После трех поражений были разговоры. Главный тренер нашел правильные слова. Еще была поддержка со стороны для нашей команды. Это все нам помогло. Перед седьмым матчем у нас была видеоподдержка от людей, которых мы знаем, но некоторых я лично не знал. Там Никита Гребенкин записал видео, а также Николай Лемтюгов. Николая Лемтюгова было неожиданно видеть, но очень приятно. А Никита Гребенкин внес большой позитив.
— Никита Зимин был капитаном в седьмом матче. Неожиданный ход? Что это дало команде?
— Ход, правда, неожиданный. Лично я не ожидал этого. Я так понимаю, это было сделано правильно, раз мы выиграли.
— Были игровые вещи, которые не работали у «Магнитки» в серии с Новокузнецком?
— Большинство у нас не работало. В плей-офф это важный фактор. Конечно, хотелось бы, чтобы оно работало. За счет большинства можно просто строить игру. Можно забивать только в большинстве и выигрывать матчи. Меньшинство по ходу серии всегда анализировали, подтягивали, старались.
— По каким причинам не работало большинство?
— Ряд факторов: неудачи, хорошее меньшинство соперника. У нас парни молодые, в большинстве не хватает хладнокровия при завершении, решающего паса.
— Перед тем как оказаться в плей-офф, матчи у «Магнитки» выигрывала оборона, атака забивала не больше двух шайб. В матчах с Новокузнецком забивалось больше двух шайб. Получается, в атаке что-то наладилось?
— Во-первых, у Новокузнецка была не такая хорошая игра в обороне. Они отличались своим нападением: опасным большинством, атакующими ребятами. В регулярке мы играли с разными командами. Кому-то получалось забивать больше, кому-то — нет, но в концовке регулярного чемпионата мы играли именно на результат. Поэтому, если мы вели со счетом 1:0 или 2:0, мы уже старались с этого счета выиграть матч, потому что никто не знал, что если мы побежим в атаку и пропустим, забьем мы потом еще или нет. А тут уже был какой-то результат, и от него мы отталкивались, потому что нам важны были очки. В плей-офф мы играли в свою игру, и поэтому получилось забивать голы.
— Как поменялась модель игры «Магнитки» в серии с Новокузнецком в отличие от регулярного чемпионата?
— Мы уделили много внимания возврату в оборону. Они очень хорошо атаковали: бежали вперед вчетвером, впятером, подключали второй темп. В основном, ничего не поменяли в плане игры. По сезону как были наши схемы, наигровки, тактики, так они в плей-офф и остались.
— Чем помог в серии с Новокузнецком фактор последней игры с ними в регулярном чемпионате?
— Мы уже знали, как они играют, разбирали их игру на собрании перед последним матчем регулярного чемпионата. В плей-офф мы стали меньше по времени смотреть видео. Кроме того, победа над ними в матче регулярного чемпионата привела нас к понимаю того, что мы можем обыгрывать Новокузнецк. Это понимание нам сильно помогло в плей-офф.
— Нужно ли вообще в ВХЛ стремиться к тому, чтобы занимать высокое место в таблице?
— Если мое мнение брать: неважно, какое место занимать в регулярке, главное — выйти в плей-офф. Может быть, единственный фактор — то, что начинаешь дома. И седьмая игра тоже будет проходить дома.
— Чем питерское «Динамо» сильнее предыдущего соперника?
— У питерского «Динамо» лучше построена игра в пас и более быстрые скорости. У них это намного лучше, и этим они посильнее новокузнецкого «Металлурга».
— Лунев никогда не работал в КХЛ в отличие от Гришина. Этот фактор ощущается в игре команд, в их почерке?
— Нет. Сами по себе команды при игре «пять на пять» разные. У Новокузнецка все вперед, идти в давление, а у «Динамо» игра построена на коротких пасах, подкидочках, открывания друг под друга. Стилистически при игре «пять на пять» это разные команды. «Динамовцы» стараются играть больше с шайбой: улиточки, второй темп и выше скорости.
— «Магнитка» забила две шайбы Никите Богданову за 12 минут, после чего появился Ярославлев, которому забить оказалось большой проблемой. Серьезный вратарь?
— Думаю, мы сами себе проблемы создали тем, что атаковали неопасными бросками. Мы бросали с периметра, без помехи, без трафика. Надо было создавать трафик, помехи, доводить до убойных позиций: бросать с пятака, в касание. Это мы мало делали, поэтому не было голов. Мы сами себе навредили, а не нам вратарь как-то помешал. Он же все равно пропускает голы, такой же человек. Надо было просто помочь ему это сделать тем, чтобы создать помеху, броски с убойных позиций, в касание.
— Второй матч серии завершился со счетом 0:6. Как такое можно объяснить?
— Даже не знаю, что сказать по этому поводу.
— «Динамо» стало по-другому играть в отличие от первого матча?
— Во-первых, поменялась площадка. Первые две игры серии прошли на разных площадках. Площадка во второй игре была поменьше. Может быть, им это помогло в том, что поменьше бегать и побольше играться с шайбой.
— В чем был смысл менять площадку?
— На главной арене проходил какой-то концерт. Хотя лично для меня непонятно, как это в плей-офф возможно менять площадку. Лично для меня, это неправильно. Инфраструктура, атмосфера ощущалась по-разному. Во втором матче площадка была более темная, как будто на ней не хватало света. Насчет 0:6 не знаю, как ответить. Просто ряд наших ошибок привели к такому результату. «Динамо» не сделало ничего такого, чтобы наиграть на такую крупную победу.
— В серии с Новокузнецком была игра со счетом 0:4...
— Да. Вы знаете, у них все полетело, но это только из-за наших ошибок.
— У хоккеистов «Магнитки» был эмоциональный финиш регулярки, первый раунд такой же эмоциональный. Нет ли опустошения после всех этих эмоциональных подъемов? Остался ли эмоциональный заряд, чтобы идти дальше?
— Да, безусловно. У нас молодая команда. Поэтому насчет опустошения — я такого не заметил. Мы приходим на тренировку и проводим ее с позитивом: все улыбаются, друг перед другом шутят. Идет своеобразная подпитка. Переезд на «Арену «Металлург» — тоже подпитка, приятный фактор. Завтра будут болельщики, так что мы всегда чем-то подпитываемся. Когда побеждаешь, происходит новая подпитка, хоть ты и выплескиваешь при этом энергию. Все еще живут Кубком, мы хотим его выиграть, у нас есть разговоры на эту тему. Лично я серьезно настроен на Кубок, лично я верю в эту команду, что мы можем выиграть Кубок. У нас все для этого есть.
— Между сериями с «Металлургом» и «Динамо» был небольшой промежуток. Как ты лично перезагружал свою голову перед серией с «Динамо»? Успел ли ты перестроиться?
— Да, в принципе, успел. Я увиделся с родителями, сходил с девушкой в ресторан, посидел с друзьями. Ничего такого особенного, мало времени было, потому что идет плей-офф. Так сказать, провел свободное время по стандарту, просто увиделся с близкими, поговорили о серии, о своих эмоциях.
— Как ты отвлекался от напряженности матчей во время серии с Новокузнецком? Музыка, книги, фильмы? Может, спал чаще обычного?
— Наоборот, со сном было тяжело. Лично мне было тяжело отвлекаться от игры. Всегда о ней думал даже когда общался с девушкой и родителями. Постоянно им что-то об игре всегда говорил. Может, это мой минус, но я почти всегда о ней думал, что-то анализировал. Если участвовал в каких-то пропущенных голах, всегда о них думал, где бы я мог лучше сыграть, чтобы не пропустить их. Или делал плохое действие, тоже его анализировал и всегда держал в голове. В основном, смотрел ролики на Ютубе, а также сериалы и фильмы. Это было мое единственное отвлечение. А так — только хоккей. Просто у меня во время плей-офф настрой сам по себе — только хоккейный.
— Что смотрел из сериалов?
— Досмотрел «Ходячие мертвецы». Одиннадцать сезонов — очень долго. На Ютубе люблю ролики на футбольную и баскетбольную тематику. Баскетбол люблю посмотреть.
— НБА?
— Да. Очень нравится этот спорт: зрелищный, яркий. Поэтому за НБА люблю смотреть.
— Любимая команда есть?
— «Лэйкерс». Очень красивая команда, в которой Леброн творит чудеса.
— Давно смотришь НБА?
— Четыре года плотно слежу. Иногда редко смотрю полноценные матчи, в основном — обзоры. Нравится. Мне кажется, что там какая-то другая жизнь, другой спорт. Совершенно все по-другому. Баскетбол НБА — совершенно другой вид спорта, не похожий ни на какой другой.
— Какое влияние на вас, молодых, оказывают в коллективе такие люди как Никита Жлоба, Евгений Григоренко, Николай Тимашов?
— Очень большое влияние на самом деле они оказывают, потому что они многое прошли, многое знают. Часто подсказывают, помогают в коллективе, многие вопросы решают. Без них бы не было этого результата. Мы, молодые, сами бы не справились. Никита Жлоба очень много правильных слов всегда говорит в раздевалке. Николай Тимашов никогда в стороне не остается, всегда «горит» командой, — эмоциональный человек. Евгений Григоренко часто речи нам говорит перед игрой. И такие слова хорошие, если в них вникать, о них задумываться, то он очень хорошие слова говорит. Так что, они все неотъемлемая часть нашей команды и успеха, который уже есть за нашими плечами.
— В чем ты добавил как игрок с приходом Евгения Полозова?
— С приходом Евгения Анатольевича я добавил в креативности в атаке. Он очень многое именно в атаке нам дал: все эти тактические наигровки. Тактически добавил. Полозов — тактически сильный тренер. Еще он дал мне уверенность как в хоккеисте. Стал давать мне больше игрового времени, подсказывать, указывать на ошибки. Эти подсказки очень грамотные, я всегда над ними задумывался и старался исправлять.
— Результативность в ВХЛ у тебя очень невысокая. Как ты сам к ней относишься?
— Вообще никогда насчет очков не переживал. Если взять мой третий сезон в МХЛ, я играл там в одной тройке с Эдгаром Варагяном и Максимом Кузнецовым. Они набрали по семьдесят очков, а я — около тридцати. И я никогда не парился насчет этого, потому что я знаю свои функции, свои роли. За счет чего я вообще играю в хоккей и нужен команде: черновая работа, игра на «точке» у меня всегда была плюс-минус хорошая, блокированные броски, меньшинство, игра под воротами — очень люблю эту работу. За счет этого я брал, поэтому очки меня никогда не интересовали. Когда они есть, это хорошо, но и когда их нет, а я сделал три-четыре блока, выиграл больше пятидесяти процентов вбрасываний, все единоборства забрал, для меня это тоже позитив. Честно, когда у меня все эти показатели плюсовые, мне даже очки эти неважны.
— В МХЛ у тебя была одна игра против «Сарматов», в которой ты набрал четыре очка.
— Помню этот матч. Было очень приятно и неожиданно. Оказывается, можно и так играть, а не всегда заниматься только черновой работой. Там партнерам большое спасибо, они у меня были всегда сильные.
— В твоей молодой карьере была одна
— Очень незабываемо. Для меня это была приятная незабываемость. Много нового для себя почерпнул, много нового услышал для себя. Тогда тренера были легионеры, Илья Петрович Воробьев не поехал — он болел. Они очень интересные люди, необычные. У них совершенно другая методика ведения игры.
— Ты сейчас об олимпийском чемпионе Фредрике Стиллмане?
— Да. После победы он зашел в раздевалку, на себе разорвал рубашку, и там возникла футбола с большим сердцем. Он сказал: «Вы в моем сердце». Это все для меня было прикольно. Я посмотрел, как в раздевалке общается взрослый коллектив, такие игроки как Сергей Плотников, Сергей Мозякин. Было интересно послушать, что они говорят. Понравился на тот момент Андрей Нестрашил.
— Чем?
— Тем, что к моему удивлению, когда мы вышли на предматчевую разминку, он ко мне подъехал и на своем ломаном русском подбодрил меня: «Не переживай. Все будет хорошо». Я, честно, удивился. Думал, что до нас, молодых, вообще никому нет никакого дела, а он подъехал, подбодрил и придал мне некоторую уверенность, чтобы я не волновался.
— Не было больше шанса оказаться в «Металлурге»?
— Нет. Тогда в Череповце была заключительная игра на выезде. Вернулись в Магнитогорск, где я тренировался с неиграющим составом. Был при команде, но вышли из карантина лидеры, и у меня больше не было шанса.
— Наш разговор проходит 13 апреля. Веришь ли ты в приметы?
— Да, я верю в свои приметы. В черную кошку верю, если дорогу перебежит. Я стараюсь обойти, либо постучать по железу или деревяшке, но в основном обхожу черных кошек. А вот в пятницу,
— Сегодня 18 лет с тех пор как «Металлург» в третий раз выиграл чемпионат России. Дело было в Казани, победный гол забил Ян Марек. Тебе было почти пять лет. Помнишь ли ты тот момент?
— Нет, я точно не помню. Лично я начал смотреть хоккей с появлением КХЛ. А чемпионат России смотрел мой папа. Он всегда болел за «Металлург», он точно помнит. Но вот, когда КХЛ начался, я приходил в «Арену «Металлург» маленьким с папой и хорошо помню, как команда, которую возглавлял Пол Морис, вылетала в первом раунде от «Салавата Юлаева». Даже плакал, душевно переживал по-детски. Потом это ушло в сторону, потому что сам начал расти, играть в хоккей и понимал, что это уже не какая-то мечта, а реальность играть самому в профессиональной команде.
— Помнишь тот день, когда ты пришел в хоккей?
— Да. Это было здесь, на «Арене «Металлург», тренером ребят 2002 года рождения был Сергей Владимирович Зинов. Мне дали повозку, я с ней прокатился один круг. Доехал до бортика и сказал папе: «Все! Забирай меня, я больше не буду кататься». Потому что было тяжело. Уже все ребята на тот момент катались без повозок, я пришел позже всех и был один, кто прокатился с повозкой круг. Понял, что этот хоккей не для меня. Начал плакать и сказал себе, что больше не приду сюда. Потом через пару дней захотел еще попробовать. Снова покатался с повозкой, потерпел. Потом начал кататься без нее и сразу мне стало легче. Знаете, эта повозка на меня давила: все катаются нормально, кроме меня. Мне казалось, что я какой-то...
— Дурачок?
— Да, самый какой-то лох. Я не хотел с повозкой кататься, и когда ее убрали, почувствовал моральное облегчение.
— Постепенно Егор Пензин вырос в добротного центрального нападающего. Кто тебя поставил на эту позицию?
— Артем Валерьевич Ромашов. Я подключался в команду 2001 года рождения. Он меня в ней поставил в центр. До этого никогда не играл на этой позиции. Мне было 14 лет, когда Ромашов меня поставил в центр. Сказал, что у меня есть задатки игры в обороне, на вбрасываниях. Я всегда по возможности отрабатывал в обороне, ловил на себя шайбы. Поэтому меня Артем Валерьевич поставил в центр. Затем я стал пробоваться на этой позиции в команде 2002 года рождения, и на позиции центрального играл в «Стальных Лисах».
— В связи со сменой амплуа твоя хоккейная жизнь на льду сильно изменилась?
— Ну, да. Когда крайним играешь, заточен больше на атаку. А у центрального, конечно, очень много задач именно в обороне. И, знаете, мне помогло быть центральным знакомство с Алексеем Кайгородовым. Он и мой папа — очень хорошие друзья. После игр за «Стальные Лисы» Алексей приходил ко мне частенько домой и многое мне подсказывал. Я смотрел очень много игр с его участием, старался играть как он. Но это очень тяжело, потому что это совершенно другой уровень, каким обладает Алексей Кайгородов. Я смотрел за ним и хотел играть, как он: «подкидочки», «мягкие ручки». Но я стал другим центральным. Он был разыгрывающим, креативным, а я больше на оборону заточенный. Но Алексей мне подсказывал, как правильно играть в обороне. Мы с ним очень много игр разбирали. Мы с ним частенько даже сейчас созваниваемся, переписываемся. Он смотрел наш седьмой матч, похвалил за хороший хоккей.
— Хоккей занимал все твое свободное время?
— Есть единственный момент, что с первый по четвертый класс занимался спортивными танцами. Нас заставляли танцами заниматься именно в школе. У нас был танцевальный класс в «Дети Магнитки». Потом в моменте я не мог совмещать между хоккеем и танцами, потому что это выходило за рамки учебы. Папа сказал: «Выбирай». В танцах у меня получалось, тренеры хватили, на выступлениях я стоял в первой линии. Но я выбрал хоккей. Благодаря танцам на тот момент я имел хорошую растяжку. Это мне помогало. Хорошая растяжка для хоккея — большой плюс, но сейчас такой растяжки не имею.
— Был ли Егор Пензин когда-нибудь в Пензе?
— Да. Три раза: дважды с «Южным Уралом» и один раз «Магниткой». Прикольно, когда с трибун кричат: Пенза. А меня как раз в команде так называют. Поэтому есть в этом свой прикол.
— Достопримечательности Пензы посещал?
— Прогуливался по городу. Достаточно хороший город, но достопримечательности не смотрел. Обычно так никогда не делаю на выезде. Почему-то у меня нет такого интереса. Вышел из отеля, и пошел гулять. Что увидел, то увидел.
— № 43 это в честь Яна Коваржа?
— Да. В этом сезоне решил взять в честь него. Он мне всегда нравился как центральный в «Металлурге». Очень интересный игрок. Слышал, он очень позитивный человек. Думаю, возьму
— Помимо баскетбола, какой еще вид спорта привлекает твое внимание?
— Из спорта если взять, то футбол люблю, особенно Лигу чемпионов. За баскетбол очень хорошо разбираюсь: знаю команды, составы, смотрю частенько. Если не из спорта: Контр-Страйк могу посмотреть. Сам играю, но не в ходе сезона. Считаю, что меня это отвлекает. Мне это не помогает: голова только устает, только загружается. Поэтому играю в Контр-Страйк после сезона или когда дают много выходных по три-четыре дня.
— У тебя есть такое увлечение, которым ты можешь удивить своих друзей и товарищей по команде?
— Я такой человек, что никогда на чем-то одном не зацикливаюсь. У меня был год в «Лисах», когда я увлекался психологией. Свой следующий год в «Лисах» решил увлечься верой. Читал книгу о том, как создавались иконы. Постоянно меняются увлечения в зависимости от интересов. В моменте меня что-то заинтересовало, я это сделал и потом от этого ухожу. Нет какого-то одного увлечения. Если взять мою повседневную жизнь — это хоккей, а дальше импровизация после тренировки.
— А учеба?
— Окончил педагогический колледж, и в следующем году хочу поступить в педагогический институт на повышение квалификации. Тоже на педагога, чтобы у меня было высшее образование.
— Хочешь стать менеджером или тренером?
— Я скажу так: пусть у меня будет это высшее образование, чем его не будет. Потому что, всегда в жизни должен быть какой-то план «Б», чтобы чем-то занимался после карьеры. Я такой человек, если не буду ничем заниматься, то это очень плохо на мне скажется. Назову себя ленивым. Если у меня нет никаких планов, то я могу дома весь день лежать на диване, смотреть сериалы и т.д. Если есть четкий план, то я его выполню. Кто-то говорит, что этого из-за моего знака зодиака телец: у тельцов присутствует ленивость, но если есть дела, то мы их выполним.
— Как близкие и родные помогают тебе сейчас?
— Очень сильно помогают на самом деле. Когда накапливаются в душе мои неудачи: ошибки в игре или что-то еще, я всегда выговариваюсь папе, маме, девушке Владиславе. Она всегда рядом, поддерживает, «горит» хоккеем. Всегда у нее спрошу, как я сыграл. Хоть я знаю, что это непрофессиональное мнение, но мне интересно, как она со стороны говорит, и говорит мне правду: «Сегодня ты сыграл не очень», «Мне показалось, что ты медленно бегал». И я понимаю, что она права. Папа фанатик хоккея, очень мне помогает. А мама в быту: обнимет, вкусно покормит и скажет, чтобы я не переживал. На хоккей она не ходит, смотрит по телевизору, потому что начинает сильно переживать. Иногда говорила: может, не нужен этот хоккей, возможны травмы. Мама переживает за меня, как за сына.
— Как они отметили твой выход в следующий раунд?
— Сначала позвонили, а когда приехал домой — обняли. Для меня проход с «Магниткой» новокузнецкого «Металлурга» — важный шаг вперед.
— Этот сезон в любом случае болельщики уже считают успешным, как бы ни завершилась серия с «Динамо». А вы, игроки «Магнитки», что будете считать успехом для себя, как команда?
— Лично я ставлю задачу — победа в Кубке. Все остальное для меня будет считаться неудачей. Выйти в плей-офф — задача, которая должна быть изначальна решаемой. А уже плей-офф — это Кубок. Иначе, зачем выходить в плей-офф, если не бороться за Кубок? Как сказал Леонид Тамбиев: дайте нам помечтать выиграть Кубок, мы ничем не хуже «Трактора». Я согласен с ним. «Адмирал» ничем не хуже «Трактора», у них хороша команда. Так у нас: для победы в Кубке есть хороший вратарь, хорошая защита, хорошее нападение. И главное — хороший главный тренер с помощниками.
